Танго втроем

 — Не делай так больше.

Ася удивленно смотрит на нас. Садится обратно, продолжая отламывать пальцами шоколад.

— Же-ня… что?..

Молчит.

— Жень…

— Что — Жень? — взгляд исподлобья. — Туда сяду я и целовать тебя тоже буду я. — снижая голос. — Ведь это все для меня сделано. Чтобы меня удовлетворить. Опосредованно, конечно. Через Асю.

Да. Я боялся чего-то из этой серии, когда отпускал ее к мужу. А не того, что они лягут в одну кровать и будут играть перед родственниками в любовь.

Не ошибся.

— В чем претензия?

— Нет претензий. Есть просьба — не вводи ее в заблуждение.

— Объяснись.

— Комната очень красивая Олег. Оформление… этот огромный букет… единорог этот… торт… Подарки отца не были столь масштабными. И она не так сильно радовалась им. Но… «Он дал ей десять долларов, а ты двадцать. Она думает, что ты лучше, потому что дал ей больше, но у тебя было 200 долларов, а у него 10"". Когда ты хочешь сделать что-то для меня, не используй Асю.

Сжатая и так хорошо контролируемая пружина во мне неожиданно дает сбой. Всё…

Какая-то часть моего сознания пытается сопротивляться, но … Такой уж я есть. На меня наступили и я жалю.

Нет. Наступила. Растоптала.

— Ася… — перевожу взгляд на ковыряющую ложкой торт ее дочь.

А ведь я по-настоящему хотел сделать приятно этому ребенку.

— Ты поела?

— Да!

Поднимаю торт вместе с подносом. Открываю дверцу и отправляю его в мусорное ведро.

— Ты что? — Растеряно смотрит на меня Ася. — Это же мой?… Мамуля не попробовала…

Глаза наливаются слезами, голос сходит на писк и всхлипы.

— Все, что не съедено сразу, должно быть выкинуто, Ася. А мамуле торт не понравился.

Мы смотрим с Женей вдруг другу в глаза. Ее губы сжаты. Она знает — нельзя сейчас разговаривать со мной.

Нельзя парировать, успокаивать, перечить, прикасаться. Я буду ломать. Носы, стены, психику, души… Нельзя."

"Что же ты сидишь, Женя? Когда я не опасен, ты, как очумевшая летишь, защищать ее от меня по поводу и без, а когда надо — ты подставляешь ее под удар, ставя между нами?

Уведи!

Ася рыдает. Женя медленно встает из-за стола. Берет за руку. Уходят в детскую.

Этого ты хотела Женя? Приятно подтверждать свои негативные ожидания обо мне?!

Сволочь я?! Да.

Гигантских усилий над собой мне стоит остановиться и не выкинуть с балкона остальные подарки.

Мне нужно кого-нибудь убить. Хочу крови.

В пороге моя спортивная сумка с формой. Не собирался сегодня в спортзал. Да уже и поздно… Накидываю куртку. В пороге замираю, в отражении зеркал Женя. Разворачиваюсь.

— Куда ты, Олег?

— Я не отчитываюсь перед женщинами в своих движениях. Займись ребенком.

В ее глазах процессы ядерного распада. Меня обливает радиацией. Но мне плевать сейчас. И только очень глубоко где-то неуловимо на краю моего сознания орет сигнализация.

Отворачивается.