Увольняюсь, Ваша Светлость!
Герцог Конвей, самый завидный жених столицы, заставил пойти к нему прислугой. Ему все равно, что я леди, а моя скандальная репутация — ничуть не пугает.Не понимаю, зачем ему это. Ведь мэр Конвей — ужасный педант; он даже любовниц посещает по расписанию… Еще у него есть сын, который выбрал меня объектом своих шалостей.Не выношу обоих! Однако придется терпеть на должности экономки еще пару месяцев. Нельзя, чтобы Конвей узнал мою тайну.Что, опять чай с солью и башмаки без шнурков? Лорд, постойте, я увольняюсь!
Пикантная подробность — ее нарядили в мое белье и заляпали его чем-то красным.
— Вишневый сироп, — с видом эксперта сообщил Джерард.
Не удивлюсь, если он украдкой лизнул, пока я боролась с тошнотой и закрывала глаза.
— Проводи обеих леди. Тут делать нечего. Я возьму образцы. Позже доложим мэру, — Филиппу замечательно давался командный тон, и второй бес не думал с ним спорить.
— Это кто же вас так не любит, мисс, — сокрушительно вздохнул Джерард и сам же нашел ответ. — Голову даю, что это обиженная женщина. Больше никто в природе на такое не способен.
"Глава 53
— Как вы могли умолчать о письмах? — недоумевал Выш. — Потеряли голову, влюбились? С шрамом мы худо-бедно справлялись уже сколько времени. А тут новые действующие лица полным и неизвестным составом.
Лепрекон так разволновался, что даже отказался от еды. А ведь мы с горничными составили отличное меню для вечерних чаепитий. Я взяла на себя смелость заказать в «Трех герцогах» их фирменный сет, вкусы в котором менялись ежедневно, но наполнение оставалось тем же — кексы, миниатюрные пирожные, рассыпчатые булочки, сэндвичи на два-три укуса.
Как только я подписала контракт, герцог выписал мне чек на хозяйственные расходы. Вексель, как и прочие бумаги, связанные с ведением дома (счета, сметы, меню и даже анкеты слуг), оказался в специальной папочке у меня на столе. Педантичность мэра не знала границ и уживалась в нем с расточительностью.
Я сначала спокойно ознакомилась с суммой. Пока до меня не дошло, что она полагалась не на месяц, а на день. Конвей подписал в блокноте, что я могу делать покупки, расходуя лимит на три-четыре дня.
Чай был моей слабостью. Такой же несуразной, как поздние подъемы и легкие завтраки. Поэтому в Сноу-Лодже у новой экономки тут же появилась возможность чаевничать, как и пристало леди. Закуски были рассчитаны на две-три персоны, и на следующее утро, все еще свежими, могли быть поданы слугам, если вечером не пригодились господам. Лепрекон, кстати, дал понять, что юный лорд неравнодушен к сладкому.
Сейчас Выш округлил глаза и вообще не глядел на этажерку со сладостями.
Так, бес за полчаса выяснил то, на что мне не хватило и двух дней. Те самые письма в дом доставлял не почтальон; их сразу подбрасывали в корзинку на первом этаже.















