Поклонник

Мы решаем звать друг друга на свидания, и тот, кто зовет, определяет, каким будет это свидание. Это как игра, главный приз в которой – понимание. Мне важно понять этого сложного человека, к которому так сильно тянется душа. Чувствовать то, что чувствует он сам. И я надеюсь, что он тоже хочет узнать меня, понять и принять такой, какая я есть.

Но я ошибаюсь. Стабильность и спокойствие – это не про нас. Наши отношения – не ровная широкая дорога. Это извивающаяся горная тропинка, по которой нельзя идти вдвоем – только друг за другом. Это узкий серпантин: оступишься – и упадешь в пропасть.

Мы постоянно на пике эмоций. Загипнотизированы друг другом. Изнеможены.

Умиротворение сменяется ревностью, страсть нежностью, злость – обожанием. Но нам это нравится. Алиса со смехом говорит, что мы оба – полные психи.

На моих свиданиях мы гуляем по моим любимым местам. Не скажу, что Матвей в восторге от прогулок и поездок в метро – видно, что это не его формат, но не спорит со мной. Уговор есть уговор. Правда, постепенно ему начинает нравиться это, и часто он заезжает за мной, чтобы поехать в Сокольники, Царицыно, Коломенское или на Воробьевы горы.

Там, кстати, я окончательно убеждаюсь в том, что Матвей непредсказуем и измениться полностью не сможет.

Через осенний парк мы, то и дело останавливаясь для поцелуев, выходим к смотровой площадке. И когда Матвей отходит ответить на звонок, ко мне начинает приставать какой-то парень. Я не могу от него отделаться.

– Девушка, ну может быть, все-таки познакомимся, а? – не отходит от меня он.

– Я здесь не одна, – сдержанно говорю я.

– А с кем?

– Со своим молодым человеком.

– И где же он? – смеется парень, думая, что его настойчивость может вызвать что-нибудь кроме раздражения.

Он пытается меня обнять. От него кисло пахнет пивом и дешевыми сигаретами.

– Тут, – вдруг любезно говорит Матвей, неслышно подошедший сзади.

Его лицо искажено от ярости."

"Парень оборачивается и тотчас получает удар в лицо, так, что носом у него начинает идти кровь. Размазав кровь по щеке, парень хочет броситься на Матвея, но его удерживают друзья.

– Иди сюда, тварь! – кричит, надрываясь, парень. – Иди, я тебя на куски разделаю! Порву, с-с-скотина!

Матвей смеется. Он не любит вызовов.

И всегда готов ответить на них. Мне становится страшно – вдруг он вытащит пистолет? Вдруг он носит его с собой?

Я ощущаю его напряжение, чувствую волчье желание чужой крови и понимаю, что Матвей может ответить на оскорбления. Физически. Поэтому, как только он делает шаг, я охватываю его торс обеими руками, так крепко, как только могу.

– Не надо, пожалуйста, – прошу его я тихо. – Давай обойдемся без драки, ну пожалуйста, пожалуйста.

Я прижимаюсь щекой к его груди, чувствуя, как она тяжело вздымается.