Поклонник

Тень достает салфетки и лихорадочно начинает протирать все вокруг, будто решила убраться, а затем, осмотревшись, но так и не заметив мальчика, наблюдающего за ней через щелку, выскальзывает из квартиры.

Мальчик выбегает из своей комнаты и через гостиную бежит в комнату мамы. Она спит на полу, с пробитой головой, вся в крови, почти без одежды, неподвижная и все еще теплая. Мальчик кидается к ней и обнимает, пачкаясь в крови.

– Мама, – говорит он тонким голосом, – мама, тень ушла! Мама, вставай!

Но она не просыпается. И тогда мальчик начинает плакать.

– Мамочка, открой глазки, мамочка, очнись! просит он ее, но все тщетно.

Мальчик лежит рядом с остывающим телом, перестав замечать запах крови. Он то плачет, то замолкает, проваливаясь в беспамятство, то снова кричит. Днем взрослые, слышавшие его крики, вскрывают квартиру. И видят то, от чего им становится нехорошо – мертвую женщину и ее маленького сына, испачканного в крови и поющего ей колыбельную.

Лицо Габриэля равнодушно, хотя от его рассказа кровь стынет в жилах.

– Знаешь, сестренка, – продолжает он спокойно, – в тот момент я ее возненавидел. Как она могла бросить меня одного? Как только посмела оставить меня? Я провел рядом с ее телом целую ночь и утро, потому что надеялся, что она встанет. До сих пор помню, как меня пытались оторвать от холодной мамы, а я тянулся к ней и кричал так, что потерял голос. А еще помню запах теплой крови – тогда этот запах казался мне отвратительным, но со временем я полюбил его.

Он вздыхает."

"– Меня отправили в детский дом, где дети меня возненавидели. Они дразнили, издевались и даже били. Те дни были наполнены мукой и слезами. Я даже не знал, за что они со мной так поступают. Ведь я был добрым и послушным ребенком, всем улыбался и рисовал картинки в подарок. Взрослые называли меня ангелом. Только уже потом я понял, почему они так вели себя со мной. Общество ненавидит слабых. А доброта – это главная слабость людей. Ее нужно выдавить из себя, словно гной. Только тогда придет сила. Я понял это, когда отправил на тот свет всю семью того, кто убил мою маму. Что ж, я отвлекся. Продолжим.

В приюте мне было несладко. Я даже не мог толком сходить в туалет – дети поджидали меня там, зная, что воспитатели ничего не увидят. И делали все что хотели. Однажды меня заперли в шкафу, подперев его шваброй, и я провел там несколько часов в компании монстров. Однажды заставили надеть на себя платье и кричали, что я похож на девчонку. Однажды избили так, что сломали руку. Это был настоящий ад, и все, что у меня было, – кисти и краски, которые спасали меня.

Впрочем, в приюте я пробыл недолго – меня усыновила обеспеченная семейная пара, дальние родственники мамы. Они были женаты лет десять, но детей у них не было из-за проблем со здоровьем. А я стал их сыном.