Всем, кому должна, – прощаю, или От любви страховки нет!

Клубы чернильного тумана заволакивали круг, в котором лежала Самира, строго по очерченной границе.

Заклинания давались легко, будто и не были древним колдовством, иссушающим тело и душу. Я понимал, что после ритуала долго буду приходить в себя, но ни о чем не жалел.

Я хотел, чтобы она познала ту боль, которую причинила мне. Знал, что ее душа будет заперта в теле до того времени, пока я не сниму стазис. Знал, что могу создать в ее сознании тот сценарий, который захочу. К примеру, мир, где не будет магии, где у Самиры не будет влиятельного и богатого отца. И, конечно же, роскоши она тоже не познает.

– Ты никогда не будешь любима, – прохрипел я. – Тебя будут использовать так же, как ты использовала всех, кто был искренне тобой очарован. Ты будешь из кожи вон лезть, чтобы стать хоть кому-то нужной! Но напрасно. Отныне твоя жизнь – мир иллюзий, а спутница – агония! Заклинаю богами и предками, навеки!

Глава 2

Отриалон

Сто сорок восемь лет спустя

Личные покои Максимилиана арр Теллариона

Я сидел за столом в полумраке и пил красное вино. К сожалению, завтра мне требовалась ясная голова, а потому пришлось отказаться от шекры, хотя мне бы она сейчас не помешала. Дарион занимался подготовкой приема оборотней, а я пытался расслабиться. Выдержать два незапланированных совещания с Советом даже мне нелегко. А уж когда речь идет о заключении нового пакта и договоров с теми, кто пошел войной на мой народ…

Скоро истекают сто пятьдесят лет со дня обложения оборотней данью. Столько всего нужно обсудить, вытребовать, а от чего-то и отказаться. Уже так долго Самира находится в стазисе, а религия Саранты объявлена вне закона. Конечно, истребить эту заразу на корню нам не удалось. Слишком долгое время процветал отвратительный культ, слишком прочно въелся в сознание людей, раз они, несмотря на угрозу смерти, продолжают тайно собираться и проводить обряды. Впрочем, того влияния, которое было раньше, у жрецов Саранты теперь нет. Как и нет могущества что-либо изменить.

Однако на своих ошибках учатся, а потому я не собирался отменять приказа уничтожать любого, кто связан с этой религией.

Бутылка вина опустела внезапно. Чего не скажешь о голове, которая не желала хмелеть. Пришлось требовать еще парочку. И ждать, пока слуги принесут."

"Время после тех событий для меня пролетело как единый миг. Злость на невесту так и не улеглась, не исчезла. Как бы Дарион ни уговаривал, я не желал ее видеть подле себя. Не хотел ни прикасаться, ни тем более иметь общих детей. Она была мне противна, как своей глупостью, так и поступком, который совершила. Я все еще помнил допросную и того мужчину, которому Самира подарила свою первую ночь.