Вынос дела

Артем вздохнул:

– Ладно, Галина Николаевна, откройте комнату Костиной.

Женщина послушно отперла одну из дверей, мы вошли внутрь.

Большое помещение ничуть не отличалось от комнат в основном доме – красивая, удобная мебель, пушистый ковер. У окна в глубоком кресле сидела худенькая, почти высохшая женщина.

– А мы к вам в гости, Елена Никаноровна, – весело сказал Артем, – примите незваными? Что же это вы приболели…

– Меня зовут по-другому, – вяло протянула женщина, – не Лена, а как, не помню, но только не Лена…

– Хорошо, – согласился врач, – как прикажете.

– Не Лена, – протяжно бормотала больная, – не Лена, не Лена, не Лена…

– Хорошо, хорошо, – закивал Артем.

Но женщина никак не хотела успокаиваться.

Ее маленькое личико, похожее на мордочку больной обезьянки, сморщилось, и частые слезы горохом посыпались из блеклых голубых глаз. Мне показалось, что она похожа на кого-то, с кем я раньше встречалась, но на кого именно, вспомнить никак не могла.

– Пойдемте, – вздохнул Артем, – больная возбудилась, мы ее нервируем.

– Нет, нет! – вдруг громко вскрикнула сумасшедшая, пытаясь встать.

Она протянула ко мне исхудалые бледные руки и по-детски попросила:

– Возьмите меня отсюда, ну, пожалуйста, возьмите.

Мне стало не по себе. Женщина-врач попыталась успокоить пациентку:

– Елена Никаноровна, сегодня на ужин ваше любимое творожное суфле…

– Я не Елена, – вновь завела тетка, мерно покачиваясь, – не Елена.

– Пошли, – потянул меня за руку Артем.

– Велите им отдать мои драгоценности, – выпрямив спину, протянула дама, – они у меня забрали кольцо.

– Милая Елена Никаноровна, – ласково проговорил Федотов, беря Костину за руку, – посмотрите внимательно сюда, вот они ваши украшения.

Больная растопырила пальцы. Они были густо унизаны перстнями.

– Действительно, – забубнила она, – вернули. Ожерелье исчезло!

Все так же ласково психиатр расстегнул верхнюю пуговицу на кофточке больной:

– Да вот оно, пощупайте.

В ту же секунду я почувствовала, как по спине пробежала дрожь. На жилистой шее болталось колье – имя «Валентина», выполненное из сапфиров…

– Вас зовут Валя, – вырвалось у меня неожиданно.

Костина напряглась:

– Не помню, не помню…

Она схватилась пальцами за виски.

– Голова болит, только что ударили по голове…

Артем решительно подтолкнул меня к двери:

– Пошли отсюда.

В кабинете он сказал:

– С чего в голову пришло, будто Елену Никаноровну зовут Валей?"

"Мысленно ругая себя на все корки за несдержанность, я пробормотала:

– Можете представить женщину, которая носит на груди ожерелье баснословной стоимости с чужим именем?

Артем вздохнул и вновь закурил вонючую сигару.