Вынос дела

– Елена Никаноровна служила актрисой в театре «Луна на подмостках». Никогда не была особо популярна, главных ролей не исполняла, но такие, как она, тоже нужны в коллективе… Потом случился инсульт, а как следствие – то, что вы сейчас наблюдали. Ее поместила ко мне мать. Единственно, что осталось от прежней личности, – любовь к украшениям. Естественно, все они – бижутерия. Она их прячет в комнате, теряет, мы покупаем новые… Колье стоило, по-моему, рублей двадцать, от силы пятьдесят. Будет время, поглядите в киоске «Союзпечать», там таких множество… Просто, наверное, сотрудница, покупавшая «ожерелье», не нашла с именем «Лена», вот и посчитала, что Костиной все равно, читать-то она не может…

– Но она так убедительно говорила про мучения, – залепетала я, – вы ведь не бьете больных?

Федотов терпеливо ответил:

– Естественно, нет.

Елена Никаноровна глубоко больной человек, просто не понимает, что говорит.

– Ну ладно, – покачала я головой, – подумаю до среды и если решу доверить Анну, то свяжусь с вами, подскажите телефончик.

– Рисковали, приезжая сюда без предварительной договоренности со мной, – сказал Артем, протягивая визитную карточку.

– Таня сказала, будто вы всегда на месте…

– Откуда ей знать? – искренне удивился психиатр. – Татьяна Михайловна тут никогда не бывает!

Я хитро прищурилась и кокетливо погрозила пальцем:

– Не забывайте, что мой бывший муж главный редактор журнала «Желтуха»!

– Не понимаю! – изумился Федотов. – Это тут при чем?

– А при том, – корчила я из себя бесцеремонную идиотку, – Никита рассказывал про ваши особые взаимоотношения. Да теперь и скрывать не надо, Танюша вдовой стала.

Федотов спокойно смотрел на меня. Профессия психиатра предполагает умение владеть собой, а положение владельца частной клиники обязывает к крайней вежливости с родственниками больных.

– Боюсь, господин редактор ошибся, – произнес он наконец, – нас с госпожой Ивановой связывают только деловые взаимоотношения. Вы знаете о болезни ее дочери?

– Ну, по-моему, серьезного заболевания как раз нет, – ответила я, – только внешне девочка отличается от других детей, но с головой у нее все в порядке.

– Я того же мнения, – подтвердил Федотов, – но мать постоянно тревожится и по каждому поводу советуется со мной.

Сейчас у подростка начался пубертатный период, возникли проблемы с поведением дома. Обычная вещь для подобного возраста, но Татьяна Михайловна крайне остро воспринимает любое отклонение, так сказать, от середины. И мы довольно часто обсуждаем данные проблемы. Мои консультации платные, и, если родственникам удобно приезжать в больницу Раевского, бога ради. Думаю, кто-то из сотрудников клиники и запустил гнусную сплетню.