Жена на пробу, или Хозяйка проклятого замка (СИ)
— У тебя всего неделя. Либо ты понравишься замку, либо… Муж замолкает. Ловит мой взгляд и небрежно проводит ребром ладони по шее. С минуту пытаюсь вникнуть в его слова. Я еще понимаю, если бы он меня к матушке своей привел и велел понравиться за неделю. Настоящее нахальство такое требовать, но хотя бы есть в этом логика. А стены родового поместья очаровывать… Аж мурашки по коже. В синих глазах — сплошная искренность, так что его тревога невольно передается мне. — Как ему понравится, замку-то? Может, двор подмести для начала? Или стены очистить от пуха? — Разберешься сама. Я не в курсе. — Вы меня простите за любопытство, — осторожно начинаю, — но сколько раз вы уже вдовели? Я неудачно упала на даче, а очнулась в другом мире в качестве невесты дракона. Сначала он шантажом заставил выйти за него замуж, а потом утащил в родовой замок посреди болота. Вишенкой на торте выяснилось, что предыдущим женам здесь выжить не удалось. Теперь появились вопросы. Как проучить мужа, когда тот вернется? И как понравиться родовому поместью, если каждый день здесь — это борьба за выживание?
— Вот и я не знала, — задумчиво тяну и с надеждой добавляю: — Может, все-таки его едят?
Ведро больно врезается мне в пятую точку.
Уверена, завтра она будет ярко-фиолетовой.
— Нет! То есть… Не знаю, — беспомощно шепчет белка. — Вряд ли до вас кто-то пытался есть нечисть, леди Виола!
— Наверно, если он сводил с ума людей, в нем есть какие-то токсины, вызывающие галлюцинации, — принимаюсь рассуждать вслух. — Тогда не стоит его пробовать, а то, например, психоактивные грибы даже после варки сохраняют свои свойства.
— Да, да, не стоит его есть! — поддакивает белка.
Увидев, что я спокойно сижу на ведре, а нечисти из-под него не выбраться, Тания рискует подпрыгать ко мне. Она сидит на полу, осторожно обнюхивает следы ерпа и почему-то морщит мордочку.
— Как бы нейтрализовать нашего гостя, не знаешь? — спрашиваю. — А то нам ведро нужно. Нам же еще воду поднимать из колодца и рис варить.
— Он вроде сам умрет без воды.
— Вроде? — морщусь от такой неточной информации.
— Нет, нет, это точно. Без воды ерп умрет.
— Быстро?
Белка тревожно молчит, будто не знает. Или знает, но не точно.
Чувствую, что стуки по ведру становятся все слабее и глуше, но я не тороплюсь подниматься. Видимо, ерп решил сделать вид, что слабеет, чтобы усыпить мое внимание. Не на ту напал, хитрюга!
Притвориться мертвой — это типичный стратегические ход моей внучки в детстве. Я столько с ней играла, что меня подобными уловками не возьмешь! Скоро стук стихает.
— Все. Почти готов, — говорит белка. — Еще минут пять — и умрет до конца.
— Точно?
— Точно.
— Что у него за магия? — спрашиваю на всякий случай. — Помимо способности сводить людей с ума?
— Он отпугивает другую нечисть. Точнее, другая нечисть шарахается от его невыносимо пахнущей магии.
— Столь ценный кадр, что аж жалко терять, — говорю. — Его, как кошку, можно использовать. Только не мышей отпугивать, а нечисть. Что он ест? Чем питается?
— Э-э… Рыбой да лягушками. Вы же не думаете его приручить? — испуганно шепчет белка.
— Почему не думаю? Очень даже думаю! Вокруг нас в болоте должно быть немало лягушек. Как-нибудь прокормим питомца.
Встаю с ведра и, приподнимаю его. Выставив металл перед собой, отхожу на пару шагов. Серенький, неприглядный колобок сдулся до формы полукруга. Лежит бедняга, не шевелится на покрытой соломой полу.
Притаскиваю сюда медную бадейку с крышкой и, используя ведро, закатываю ерпа в бадью. Быстро огибаю оголовок, стараясь держать умирающего в поле зрения, и бросаю ведро в колодец. Затем вытягиваю его с водой наружу. Небольшую часть выплескиваю на сдутого колобка. Он шевелится, будто дышит.
Лежит в бадейке и потихоньку впитывает в себя воду.
Скоро от воды ничего не остается, а ерп снова круглеет.











