Бей первая

Спрашивает:

– Как успехи?

– Прекрасно, – отвечает Кир. И голос его звучит так же уверенно и лениво, как обычно. Мне что, все это привиделось?

Глава 21

Какое-то время мы еще торчим в архиве все вместе. По отлаженной уже схеме работаем, особо не думая. Ребята шутят, обсуждают нормативы по физре, которые будем сдавать на этой неделе. Я отмалчиваюсь. Говорить не хочется, да и сил нет. Почему-то хочется просто заползти под одеяло и проспать до весны. Или до лета, когда мне исполнится восемнадцать, я смогу снять квартиру, съеду от родителей и начну новую жизнь.

Нормальную.

Потом мы сдаем ключ охраннику и уходим.

– Можем зайти в магазин? – спрашиваю я около супермаркета.

– Конечно, малая.

– Только я пойду одна.

Парни ухмыляются:

– А чего это?

– Ничего. Может, мне прокладки нужно купить. Не хочу, чтоб вы подглядывали, – отрезаю я и захожу внутрь.

Адская четверка послушно остается на улице. Я же иду в отдел бакалеи и быстро набираю корзину, стараясь не выйти из бюджета. Завтра у Белого день рождения, и я хочу приготовить ему праздничные капкейки. Умела бы – испекла бы торт, но я могу только капкейки.

В детском доме однажды проводили мастер-класс от каких-то очередных волонтеров, вот я и запомнила. Подарок, конечно, тоже нужно будет купить, но с этим я разберусь попозже. Может, попрошу Ника, у него наверняка есть мужские ароматы, которые он продает вполцены. Потому что на упаковке написано, что это тестер, но деталь вроде бы незначительная. Все остальное ведь в порядке.

– Кицаева, – вдруг раздается сзади.

Я вздрагиваю и оборачиваюсь. Там Кристина Дунаева.

– А, это ты, Дуняева, – я прикладываю ладонь к груди.

 – А я подумала, кто-то кошку мучает.

Все ее лицо застывает, сведенное злой судорогой.

Я оборачиваюсь к полкам и мысленно сверяюсь со списком. Остался только ванилин. А, и еще какао.

– Ну что, ты рада, что лучшие парни класса теперь ходят только с тобой?

– Ты еще не ушла?

– Поверь мне, ты об этом пожалеешь, – жестко говорит она, понизив голос.

Я поворачиваюсь и вздыхаю, устало прикрыв глаза:

– Дуняева, я верю. Я уже очень сильно жалею. Правда-правда. Так пойдет?

– Можешь шутить сколько угодно.

Скоро будешь рыдать.

– Начну прямо сейчас. Может, тогда ты свалишь и не будешь мешать мне выбирать долбаные продукты. – Я начинаю терять терпение.

Удивительно, но я совсем ее не боюсь. Она говорит неприятные вещи, да и вид у нее при этом довольно устрашающий, но мне хочется просто отмахнуться от нее, как от комара в летнюю ночь.

– Девочки, проблемы? – Это Бус, как обычно, небрежно кладет мне на плечо свою смуглую руку.

– Нет, Тимур, все отлично, – щебечет Кристина, сразу меняясь в лице.