Билли Саммерс

Какая работящая девушка на такого не клюнет? Признается ли она, что переспала с ним? Если нет, то Диана Фасио точно молчать не будет — Диана видела, как утром они выходили из дома и даже выразила свое одобрение по этому поводу.

Возможно, все это так, но главная причина кроется в другом: Билли не мог ее убить. Не мог — и все тут. Тогда он стал бы такой же сволочью, как Джоэл Аллен, или лас-вегасский насильник, или Карл Трилби, снимавший фильмы, в которых взрослые мужики растлевали детей. Поэтому он надел парик, накладное пузо, очки без диоптрий и теперь тащится под дождем в аптеку.

Элис Максуэлл знает не только, что он — Уильям Саммерс, она в курсе и про Далтона Смита. А он работал над этой личностью много лет.

Те говнюки могли выбросить ее на другой улице, думает Билли, но выбрали эту. Они могли проехать по Пирсон-стрит чуть дальше, но не проехали. Можно клясть судьбу, однако Билли в судьбу не верит. Можно говорить себе, что на все есть причины… Вот только это враки для людей, не способных посмотреть правде в глаза. Просто так совпало. С того момента, когда насильники выбросили девчонку в канаву, Билли, в сущности, стал коровой, бредущей вместе со стадом на скотобойню, потому что других вариантов у него нет.

Имеем то, что имеем, как говорили в песках. А значит — похер.

Однако один крошечный проблеск надежды у него все же остался: Элис велела ему надеть толстовку. Может, это ерунда и она просто хотела втереться к нему в доверие — а может, и нет.

Может, и нет.

7"

"Аптека относится к сети «Си-Ви-Эс». Билли находит нужные контрацептивы в проходе под вывеской «Планирование семьи». Стоят они пятьдесят долларов — наверное, по сравнению с альтернативными вариантами это не очень дорого, — а лежат на нижней полке (чтобы плохим девочкам было сложнее их отыскать?).

Взяв с полки упаковку, Билли выпрямляется и тут замечает в двух проходах от себя чью-то рыжую кудрявую шевелюру. Сердце замирает в груди. Билли приседает и потом медленно-медленно высовывается из-за коробок с вагисилом и монистатом. Нет, это не Дана Эдисон, самый суровый из молодчиков Ника Маджаряна. Это вообще не мужчина. Это женщина, собравшая копну рыжих волос в высокий хвост.

Спокойно, говорит он себе. Хватит дергаться. Дана и остальные давно вернулись в Вегас.

Наверное.

Нижнее белье висит на дальней стене. В основном это трусы для женщин, страдающих недержанием, но есть и другие виды. Билли думает взять бикини, потом спохватывается: Элис может расценить это как неприличный намек. Даже смешно, ей-богу, — он словно надеется, что она не сбежит в его отсутствие. Но на что еще ему надеяться, в конце концов? Да и возвращаться больше некуда. Так что он пойдет домой.