Билли Саммерс

Он жадно глотал воздух, и я заметил в его ухе кнопку телесного цвета — слуховой аппарат. Тяжело рухнув на диван, он захрипел.

— Ладно, ладно. Я скажу. Аллен пытался меня шантажировать, и я хотел увидеть, как он умирает.

Конечно, подумал я. Причем ты наверняка просмотрел видео много раз — в обычном режиме и в замедленном.

— Ты Саммерс, я понял. Маджарян сказал, что убил тебя. — И тут он не выдержал, заорал в приступе нелепого и устрашающего гнева: — Я этой жидовской морде несколько миллионов заплатил! Он меня обокрал!

— Надо было потребовать с него фотографию трупа. Почему ты не потребовал?

Клэрк не ответил, но в этом и не было нужды. Он так привык быть властелином империи, что мысль о неповиновении подданных даже не закралась ему в голову. Сними казнь на видео. Убей палача. Задери юбку и покажи трусики. На сей раз я хочу совсем молоденькую.

— Я должен тебе денег. Ты за ними пришел?

— Ответь мне на еще один вопрос. Расскажи, каково это — заказать родного сына.

Губа снова приподнялась: зубы казались неестественно белыми и безупречными на таком лице.

— Он это заслужил. Никак не хотел угомониться… — Клэрк умолк и уставился мне за спину. — А это кто? Та девчонка, за которую я заплатил?

Элис вошла в гостиную и встала рядом со мной. В левой руке она держала сумочку. В правой — зиг.

— Ты хотел узнать, каково это, да?

— Что? Не понима…

— Каково это — изнасиловать ребенка.

— Ты спятила! Я понятия не имею…

— Думаю, ей было больно. Примерно вот так. — Элис выстрелила. Целилась, должно быть, в яйца, но попала в живот.

Клэрк закричал. Очень громко. Этот крик моментально изгнал гарпию, что овладела разумом Элис и нажала спусковой крючок. Элис выронила сумочку и закрыла ладонью рот.

— Я ранен! — завизжал Клэрк. Он сжимал живот, кровь сочилась сквозь его пальцы и стекала на шелковые пижамные брюки. — О господи я РА-АНЕН!

Элис повернулась ко мне: глаза выпучены, рот распахнут. Она прошептала что-то, но я не расслышал слов, потому что выстрел из зиг-зауэра был гораздо громче, чем хлопок пистолета Петерсена. Возможно, она сказала: Я не знала.

— Мне нужен врач, мне БО-О-ОЛЬНО!

Кровь уже лилась из него рекой, он выталкивал ее наружу своими криками. Я взял пистолет из безжизненной руки Элис, приставил ствол к его левому виску и нажал спусковой крючок. Клэрк опрокинулся на спину, один раз дернулся и сполз на пол. Его дни — дни, наполненные насилием над детьми, убийством родных сыновей и бог знает чем еще, — подошли к концу.

— Это не я, — проговорила Элис. — Билли, это не я стреляла, клянусь!

Но это была она. Внутри Элис проснулось нечто чужое и неведомое, и отныне ей придется жить с ним, потому что оно — ее часть. Она увидит его, когда в следующий раз посмотрит на себя в зеркало.

— Идем.