Брат за брата

Сумятин за это бабки получит, а тамошний босс, само собой, тоже внакладе не останется. Сечешь?..

– Слушай, но это же беспредел – девок на запчасти разбирать...

– Беспредел... Но нам-то какое дело. Мы сейчас бабу сдадим, билеты в зубы и гуляй вальсом. Умываем руки, что называется....

– Да я бы прямо сейчас слинял...

– Слиняешь, еще успеешь... Кстати, пивка не хочешь? Отличное пивко...

– Я ж за рулем.

– Так пиво безалкогольное.

– Ну давай.

Послышался звук вскрываемой банки, шум выходящих газов.

Но Анюта этого не слышала. С большим запозданием, но до нее все же дошел смысл разговора. В ушах загудели тревожные колокола.

Ее собираются отправить куда-то в Новый Орлеан. Чтобы там разобрать на запчасти. Трансплантация органов. Она знала, что это такое. Это значит, что у нее заберут сердце, почки, печень, другие органы, годные для пересадки богатому больному. Она кому-то подарит жизнь, а сама умрет...

Невыносимо страшная мысль. Она ворвалась в ее сознание кошмаром реальной мысли, разбудила вулкан эмоций.

– А-а! – заорала Анюта.

И двумя руками вцепилась водителю в шею.

От растерянности тот потерял управление и выехал на встречную полосу. Но все же сумел взять ситуацию под контроль – выровнял машину.

А парень выровнял Анюту. Резко и с силой он оторвал ее от водителя, шустро перелез через свое сиденье, навалился, подмял под себя.

Анюта пробовала сопротивляться. Да куда там! Всплеск энергии лишил ее последних сил. Голова закружилась от страха и отчаяния, тело обмякло. В ушах загрохотали барабаны, глаза застлал красный туман."

"– Она все слышала, – уловила она голос водителя.

– Ну и хрен с ней! – прогрохотал парень. – Подай мне мою барсетку...

В руках у парня появился шприц. Он наполнил ее какой-то жидкостью из ампулы без единого буквенного обозначения. Он собирался уколоть Анюту. Она понимала это, но ничего не могла сделать. Только разрыдалась, когда игла вошла под кожу на оголенном плече...

А потом ей вдруг стало хорошо. Она перестала рыдать. На лице даже появилась улыбка. Идиотская, совершенно неосознанная. Глаза прояснились. Стали прозрачными и совершенно пустыми. И в голове – пустота. Полное отсутствие всяких мыслей. Эмоции тоже куда-то испарились. Кроме одной. Анюте было хорошо, очень хорошо. И ни о чем не хотелось думать...

Машина остановилась. Парень уже давно вернулся на свое место. И сейчас сидел на переднем сиденье и нетерпеливо посматривал то на часы, то на Анюту. А ей до него – никакого дела. С идиотским видом она смотрела в окно, улыбалась.

Она услышала, как захрипел вдруг водитель. Даже видела, как задергался он в конвульсиях, а из перекошенного рта пошла пена. Но продолжала идиотски улыбаться.

Парень спокойно пощупал пульс напарника. Еще раз глянул на часы.