Брат за брата

А ребенка у нее отнимут, передадут на усыновление. Говорят, уже есть люди, которые готовятся забрать у нее мальчика. А у нее будет мальчик, сын. Это уже доподлинно известно...

Но не хочет она отдавать ребенка. Не хочет, и не отдаст!..

Анюта решительно вскочила с постели, оделась, собрала свои вещи. И вместе с сумкой направилась к выходу. Только бронированная дверь была заперта намертво. И через окно на свободу не вырвешься. Шутка ли, восьмой этаж.

А еще проклятый Альберт.

Только подумала о нем Анюта, он тут как тут.

– Куда собралась, красавица? – нагло ухмыльнулся.

В трусах, майке. Сам только что из постели вылез.

– Открывай дверь, – тихо сказал Анюта.

– Ага, разбежалась...

– Я сказала: открывай дверь... – Голос становился все громче, взгляд все решительнее.

Альберт внимательно посмотрел на нее. Что-то в его взгляде дрогнуло.

– Сейчас, только ключи возьму...

Но взял он не ключи. А мобильный телефон. Нажал на кнопку наборника номера.

– Сева, у нас тут неувязочка... Баба взбесилась...

– Это кто баба? – взвыла Анюта. – Я?! Баба?!

С рычанием разозленной тигрицы она набросилась на Альберта, сшибла с ног. И принялась молотить его кулаками по груди.

– Вот сука! – взвыл он.

И кулаком ударил ее в живот. Как будто что-то взорвалось внутри Анюты, жгучая боль разлилась по всему телу. Она дико заорала, скатилась с Альберта и скорчилась на полу.

– Эй, эй, ты что! – испуганно засуетился вокруг нее Альберт.

Но Анюта как будто и не замечала его. Жуткая боль целиком завладела ее сознанием.

Появились какие-то люди. Кто-то куда-то в грубой форме послал Альберта. Анюту осмотрели, подняли, под руки вывели на улицу, посадили в машину и повезли в военный госпиталь.

В родильном отделении ее уже ждали. Люди в синих халатах сделали ей обезболивающий укол. И боль отступила. Затем ее укололи еще. Как она потом узнала, этот укол спровоцировал роды...

Она родила. Почти без мучений – если не считать той жуткой боли, которая чуть не убила ее."

"Ребенок был живой. Только слабый, каким может быть недоношенный ребенок. Его тут же поместили под специальный колпак. Анюте же сделали еще один укол – усыпляющий...

Проснулась она в отдельной палате. Усталая, разбитая, едва живая от слабости.

В палату вошел врач. Внимательно посмотрел на нее. Протянул карту новорожденного и ручку. Пальцем показал, где расписаться. Анюта бездумно поставила свою подпись. И не обратила внимания на надпись в правом верхнем углу. Крупные английские буквы. Только потом она узнала, что это был за штамп. «Ребенок на усыновление»...

В тот же день ее выписали. Каждый день пребывания стоит восемьсот долларов. А ее кураторы экономили на всем...

Во дворе госпиталя ее ждала машина. Она с трудом доковыляла до нее, села на заднее сиденье.