Брак по принуждению

И лишь в некоторые дни мне приходилось сидеть с моей безумной женой."

"В одно утро Эдвард уехал. А я чувствовал себя очень плохо, чтобы идти к Кэтрин. Весь день из последних сил работал а ночью, у меня был приступ.

На следующий день после приступа я пошел к Кэтрин и не нашел ее. Обыскал весь лес, но ничего не было. Она просто исчезла.

Я написал письмо отцу и Эдварду, а они обвинили меня. Все силы бросил, чтобы найти девушку, но ни единого следа не нашел. Так она и исчезла, моя первая жена.

***

Я рассказал всё как было, без утайки и после рассказа смотрел в глаза жены, но понять ее эмоции было сложно. Она казалась очень напряженной.

В дверь раздался стук.

- Леди Николь, вы велели прийти рано утром! – раздался голос Лиссы.

- Заходите, – разрешила Николь, отправившись на кухню.

- Доброе утро, Дэйрон, – улыбнулась мне девушка.

Я постарался выдавить улыбку, но получалось плохо.

- Доброе утро, – выдавил из себя.

Вчерашняя ночь была ужасной. Я пробегал в образе зверя всю ночь, позволяя своему телу отдохнуть. Но голова была забита мыслями о Николь и о том, что она теперь будет делать.

Разум был затуманен от переворота, но логические связи я выстроить мог. Уедет ли она спокойно или устроить скандал? Конечно, спокойно, это же Николь.

Когда утром я вернулся к лесничему домику человеком, чтобы одеться, обнаружил, что Николь здесь не было.

Это и неудивительно. Я привел себя в порядок с тяжелой головой и какой-то глупой надеждой пошел в основное поместье.

Николь встретила меня в холле. Она не уехала.

Стояла строго сжав губы и сжимая охапку каких-то листов. Я ждал обвинений, криков или скандала, но Николь лишь сунула мне в руки письма, о существовании которых я совершенно не знал.

Это заставило меня задуматься. Дорогая С., наверняка это была сестрой Кэтрин. Кроме нее у моей бывшей жены не было ни одного родственника. Но, больше чем Кэтрин, меня волновала Николь, я боялся ее осуждения или отвращения после сказанного. Но ничего из ожидаемого, на лице не увидел.

Николь вернулась в холл с кучей писем.

- Что это? – спросил, но не успел сообразить, как рядом с лицом пронеслись ножницы, отсекая часть волос.

- Приглашения на аукцион, – сказала Николь, укладывая в одно из писем мой локон.

Это письмо отличалось от остальных. Оно было больше по размеру, но менее приметным. Для него Николь использовала простую бумагу.

- Ты хочешь кому-то отправить мои волосы?

- Именно, - без капли эмоций ответила она, заставив меня, взрослого мужчину, растеряться.

- Николь, аукциона не будет, – напомнил я своей жены, которая вела себя как обычно, наперекор моим представлениям. – Даже если ты кого-то удивишь моими волосами, - добавил я, не понимая, что происходит в этой рыжей голове.

- Будет.