Чего желает джентльмен

А значит, он подумал об этом, едва она вошла в его гардеробную, откуда так легко попасть прямо в спальню.

Маркуса Риса Ханна невзлюбила, как только его увидела. Он был с ней груб, оскорбил ее, вынудил пойти на авантюру, которая была ей ненавистна. Но именно благодаря ему у них с Молли были теперь кров, еда и одежда. Более того, они буквально купались в роскоши. Эксетер представил ее высшему обществу Лондона в качестве своей герцогини, послал ей шкатулку с драгоценностями, достойными самой королевы. А еще простил огромный карточный долг, только чтобы не ставить ее в трудное положение.

Ханна обдумывала то, что Розалинда рассказала ей про леди Уиллоуби. Сначала связь с этой интриганкой казалась ей чем-то вроде черной метки. Почему герцог выбрал леди Уиллоуби, если мог получить любую другую женщину? Однако то, что произошло сегодня утром, дало Ханне новую пищу для размышлений.

И ее наконец озарило. Если Эксетер хотел соблазнить ее там, в библиотеке, а она почти не сомневалась, что именно таково было его намерение, почему он отступил сразу, как только она, не подумав, сморозила глупость? Настоящий распутник сразу распознал бы в ее словах всего лишь паническую попытку воспротивиться собственным отчаянным желаниям и его бы это не остановило.

Продолжи он на нее наседать, сделай хоть небольшое усилие – Ханна не сомневалась: она не смогла бы отказать ему во второй раз.

Но Маркус отступил – в прямом и переносном смысле, – вернувшись в состояние холодного отчуждения, что было для нее достойным предлогом, чтобы уйти. И Ханна решила, поразмыслив, что сделал он это намеренно. И все-таки, похоже, герцог просто очень одинок, а она его обидела.

– Я не хотела мешать вашим занятиям, – неуверенно произнесла Ханна, глядя на лежащие на столе деньги.

Эксетер пожал плечами. Интересно, что он делал с этой кучей денег, подумала она. Решил сосчитать посреди ночи? Вот, значит, чем занимаются богачи? – Я собиралась выпить чая, – вдруг выпалила Ханна. Подняв брови, он потянулся к звонку. – О, нет! Не нужно звонить. Я сама пойду на кухню и налью себе чай, – смущенно пролепетала она. – Слуги, наверное, уже легли спать.

Маркус удивленно кивнул.

– Понятно.

Ханна неуверенно улыбнулась. Если она ошибается… Если она раздосадовала его тем, что явилась с извинениями… Но он снова разглядывал ее так, будто хотел прочесть ее мысли.

Ханна подумала: самое худшее, если герцог ответит отказом и сочтет ее провинциальной простушкой.

– Может быть, выпьем чай вместе?

– Я бы не хотел мешать. – Он по-прежнему не сводил с нее глаз.

Ханна покачала головой – единственное, на что она оказалась способна под этим пронизывающим взглядом.

– Вы не помешаете.

Еще минуту Эксетер стоял не шелохнувшись, и она решила, что это отказ.