Чего желает джентльмен

– Уж вы мне поверьте.

– Я вам верю, – поспешила сказать Ханна.

Теперь бедняжка не знала, куда спрятать глаза, потому что герцог смотрел на нее в упор – задумчиво, испытующе. Ей не хотелось говорить о Дэвиде. Конечно, она верила Эксетеру, беда в том, что Ханна переставала верить себе, как только оказывалась с ним наедине. Если бы Маркус захотел поцеловать ее снова, он, разумеется, удержался бы, вздумай она воспротивиться. Ужас был в том, что она вряд ли стала бы его останавливать. В прошлый раз ведь не остановила. Даже сама на него набросилась и поцеловала первой.

– А если бы не отсутствие Дэвида, отнеслись бы вы к проступку Лили иначе? – спросила Ханна, стараясь дать мыслям иное направление. Нельзя думать о поцелуях в этом укромном уголке сада, в окружении благоухающих роз, где в воздухе уже чувствуется приближающаяся гроза.

– Да, – ответил он, по-прежнему не сводя с нее взгляда. – Я выгнал бы ее сразу.

– Значит, вы тоже думаете, что здесь есть какая-то связь?

– Я не могу исключать такую возможность, – помолчав, ответил Маркус. – Вы правы. Дело стало бы намного проще, если бы Дэвид вернулся и объяснился со мной.

Знай я наверняка… – После некоторого колебания он снова двинулся вперед – Ханна последовала за ним. – Но я не знаю! Как только я понял, что Дэвид исчез, я отправил своих людей на его поиски, но они вернулись ни с чем. Он как будто сквозь землю провалился.

– Вы за него боитесь? – тихо спросила Ханна. Вероятно, ей не стоило задавать этот вопрос. С другой стороны, рассудила она, почему бы ему не поделиться с ней, ведь Ханна – человек посторонний.

Герцог тяжело вздохнул.

– Больше, чем следовало бы.

Она кивнула.

Ханна тоже тревожилась, особенно из-за Лили. Не могла отделаться от мысли, что девушка ввязалась во что-то дурное.

– Однако Дэвид выкидывал такие штуки и раньше, – продолжал Эксетер. – Надуть меня, нарушить обещание, спровоцировать скандал, а потом причалить к более гостеприимному берегу, чтобы устроить себе каникулы! Если бы не фальшивые деньги, его нынешнее исчезновение внушало бы не больше подозрений, чем все предыдущие.

– Может быть, стоит сказать Розалинде? Вдруг он написал ей письмо?..

Маркус покачал головой.

– Нет.

Я перечитал все последние письма, которые он ей посылал, и не нашел там ничего для себя полезного. – Он резко развернулся к Ханне, словно его осенила совсем новая мысль. – А не говорил ли он случайно чего-нибудь странного перед возвращением в Лондон?

Она попыталась вспомнить. Беда в том, что в то время Ханна и не думала его подозревать – хватало собственных тревог и волнений.

– Ничего особенного не припоминаю, – сказала она наконец.

– Так я и думал, – согласился Эксетер.

Некоторое время они шли молча.