Чего желает джентльмен

Мне стало интересно – дело было до начала светского сезона, и я отчаянно скучал. Слокум пообещал разузнать все поточнее.

– Помощник портного? – спросил герцог.

Дэвид раздраженно махнул рукой.

– Будь я проклят, если знаю! Я тогда неважно соображал. И целую вечность не видел ни одного приличного боя… – Он вздохнул. – Но Слокум свел меня с одним парнем по имени Рурк, и мы пошли смотреть бой. Там бились крепко – оба парня остались в синяках. Разумеется, все делали ставки, и мы с Рурком тоже поставили. Рурк все смеялся и шутил: надо бы поднять ставку, раз мой боец дерется так здорово, и я смеялся вместе с ним.

Казалось, бой идет с переменным успехом и силы сторон примерно равны. Но тут один из бойцов – тот, на которого ставил Рурк, – упал, обливаясь кровью. Рурк сказал, что больше не ставит, но я нажимал. – Дэвид поежился. – Я сказал ему, что удваиваю ставку. Не успел он принять мой вызов, как тот чертов парень вскочил, да и уложил моего бойца. Не прошло и десяти минут, как его объявили победителем. Я хотел уплатить Рурку долг, но оказалось, что его шутки насчет того, чтобы поднять ставки, были вовсе не шутками. Он подсчитал, что я проиграл… – Дэвид замолчал, виновато глядя в сторону.

– Сколько?

Он провел рукой по лицу.

– Двенадцать тысяч фунтов.

Маркус смотрел на брата в немом изумлении.

– Но ты потребовал объяснений, с чего это он поднимал ставки так часто? – наконец спросил он."

"– Но что я, собственно, мог сказать? Долг чести джентльмена, знаешь ли.

Эксетер едва сдержался, чтобы не наорать на брата. Честь Дэвида в данный момент его не интересовала.

– А как ты вышел на фальшивомонетчиков?

На лице Дэвида было написано сожаление пополам с отвращением.

– Это случилось вскоре после боя. Я пытался найти выход, чтобы сдержать слово, и тут Рурк заехал ко мне и сказал, что есть способ выпутаться. Его приятелям потребовался человек, способный оказать одну незначительную услугу. Сущий пустяк, сказал он, нетрудно сделать и ничем мне не грозит. Естественно, я заинтересовался.

Он помолчал.

– Мне бы сразу догадаться, когда Рурк сказал, что мой долг будет считаться оплаченным, – добавил он горько. – То, о чем они просили, было слишком просто. Они хотели, чтобы я играл в карты.

Вывел на чистую воду одного подлеца, так они сказали, который якобы забрал у них нечто очень ценное. Объяснения были туманные, однако я понял, что речь идет о человеке высокопоставленном. Они не могли допустить, чтобы дело получило огласку, иначе этот джентльмен мог им жестоко отомстить. Они сказали, что не хотят сообщать мне его имя из опасения, что я проговорюсь.

В любом случае от меня требовалось одно: играть в карты в самых высоких кругах светского общества, куда я только вхож.