Девчонки, я приехал!

Спектакль в прошлом году наделал столько шуму по всей Москве! Его поставил какой-то парень, Олег Ефремов, кажется, вместе со своими сокурсниками, совсем молодыми девчонками и мальчишками, – это называется «Студия молодых актёров» – и премьеру дали во МХАТе! Говорят, после премьеры никто из зрителей не ушёл, а все остались в театре и до утра обсуждали с актёрами постановку, вот какие дела!.. На «Вечно живых» просто так не попасть, но отец Мирре твёрдо пообещал: если они сдадут сессию на «отлично», он их проведёт.

Надинька жила ожиданием такой огромной радости – ещё бы! В театр!..

И работа подвернулась очень кстати, не зря её чертежи ставят в пример всему курсу. Правда, придётся чертить какие-то сложные узлы и соединения, но она справится, и Агаша испечёт «Наполеон»!

А ещё, может быть, приедет Серёжа, и они сходят на каток на Чистые пруды.

Жизнь прекрасна.

О том, как утром Федот-инвалид колотил в дверь и называл её «интелихенция», она старалась не вспоминать.

И ещё у неё была задумка на сегодняшний день. Только о ней не должна знать Агаша!..

Надинька натянула пояс, прицепила чулки – наказанье, а не чулки, то и дело съезжают, идти невозможно! Агаша на растопыренных руках уже держала платье – синее, самое любимое и «везучее», оно на экзаменах всегда приносило удачу.

Надинька нырнула в платье – тонкая шерсть была тёплой, Агаша прошлась горячим утюгом, так приятно!

– Агаша, мы после экзамена собираемся к Мирре. – Надинька одёрнула под платьем рубашку и подтянула ненавистные чулки. – Её мама готовит чайный стол. Ты не волнуйся, пожалуйста."

"– Это в котором же часу ты явишься-то? Я до вечера изведусь вся!

Надинька старалась на Агашу не смотреть – знала, что та моментально сообразит, что она всё врёт.

– Не поздно! – горячо уверила Надинька. – Они же тут недалеко живут, на Бронной. Хочешь, я тебе от них позвоню?

– Да я больно этот телефон коммунальный терпеть не могу, – призналась Агаша. – Его бабуся Колпакова прям караулит, как стражник! Сразу трубку – хвать!.. А потом высказывается, что, мол, названивают, от дела её отнимают!

Словно в подтверждение её слов, в коридоре затрезвонил телефон. Они обе прислушались, Надинька даже бросила закручивать в пучок ещё влажные волосы.

– У аппарата! – донёсся голос бабуси Колпаковой. – Кого вам? Говорите, не слышу!

– Прям неймется ей, – Агаша покачала головой. – Вот зачем ты волосы намочила? Морозище такой на улице!..

В дверь стукнули изо всех сил, и бабуся Колпакова провозгласила:

– Надежду к аппарату! Оглохли, что ль?! Я кавалертам вашим отвечать не нанималась!

Надинька бросилась вон из комнаты и схватила трубку, лежащую на столике рядом с телефоном:

– Я слушаю!

– Надинька? – произнёс совсем рядом Серёжин голос.