Девчонки, я приехал!

– Да это наш дом-то, – прошелестела Агаша. – Господи, помоги!..

По знакомым ступеням они поднялись на крыльцо. Вот голландка с мраморной фигурой в нише, вот коридор, а там и кабинет Павла Егоровича, вот абажур на длинном шнуре, а вон крючок вбит, там всегда Любочкин портрет висел!..

– Может, затопить? – осведомился шофёр. – Дрова заготовлены.

Агаша оглянулась на него. Он смешался – у женщин были странные лица.

– Ну, тогда разрешите идти?

Агаша кивнула.

Зафырчал мотор, и машина укатила.

– Этого не может быть, – сказала Надинька, подошла и потрогала бок голландки.

 – Агаша, ну ведь этого быть не может!

– Не может, – согласилась Агаша.

И они опять замолчали.

– Это ж надо, что он для тебя сделал, – наконец проговорила Агаша. – Я о таком в жизни не слыхивала.

Надинька оглянулась на неё.

В полном молчании они затопили печь и уселись – Надинька на диван, Агаша к столу.

Сколько времени прошло, они не знали, только вдруг вновь послышался звук мотора, свет фар прошёл по окнам, на крыльце зазвучали быстрые, уверенные шаги, распахнулась дверь, и Серёжа объявил во весь голос:

– Девчонки, я приехал!

Из газет

«Стрелки часов приближаются к двенадцати.

Ещё раз тщательно проверяется готовность ледокола к спуску: осматриваются спусковые дорожки, крепления, растяжки."

"С командного пункта раздаётся приказ:

– Доложить о готовности к спуску!

– Готов! Готов! – доносятся отовсюду ответы.

– Товарищ директор завода, – рапортует командующий спуском, – спусковая команда на месте, спусковые устройства проверены! Прошу разрешить спуск на воду первого в мире атомного ледокола «Ленин»!

– Произвести спуск разрешаю. Добро!

– Носовые стрелы долой! – звучит команда.

Проходит секунда, другая, и на пульте загораются две сигнальные лампочки: носовые стрелы отданы.

– Кормовые стрелы долой!

На пульте снова вспыхивают две лампочки.

Теперь судно удерживается на стапеле только одним устройством – курками. В напряжённой тишине слышится выстрел сигнальной пушки Петропавловской крепости: полдень.

– Отдать курки!

Лучший такелажник завода, участник спуска многих судов рубит канат, задерживающий курки.

Вздрагивает стальная масса ледокола. Она трогается с места, а затем, набирая скорость, всё быстрее и быстрее скользит по стапелю.

Раздаются восторженные возгласы, крики «ура», рукоплескания. В воздух летят шапки. Когда корма судна с шумом врезается в невские воды, десятки голубей взмывают вверх.

Мягко осев, соскальзывает с порога спусковых дорожек нос атомохода, и в тот же момент на флагштоке взвивается красный флаг.

Торжественно звучит Государственный гимн СССР.

Радостными гудками приветствуют своего могучего собрата суда, выстроившиеся в устье Невы.