Выйду замуж за спасателя (СИ)

Игнорируя объяснения Иринки, давяще смотрит мне в глаза.

А я опускаю свои на загоревшийся экран.

""Откуда вас забрать?""

Отвечаю: ""Мы в торговом центре, на столиках ""Кухни мира"".

Он: ""Купи мне кофе, пожалуйста, покрепче на вынос. Скоро буду.""

— А потом мы поедем на охоту! — выстреливает важно Мирон.

— Что за бред, Вера? Не хочешь объяснить?

Вздыхаю устало.

— Не хочу....

— Алина, Ирина, одевайтесь мы уезжаем, — в приказном тоне распоряжается Анатолий.

— Мам!!!

— Нет, мы остаёмся. Ждём Добрыню, — начинаю нервничать я.

Включает демонстративно камеру на телефоне наставляя на меня.

— Запись для суда. Восемнадцатое декабря, Богомолова Вера Павловна, в очередной раз не дает мне моих дочерей, хотя выходные мое законное время с детьми.

Наводит телефон на девочек.

— Пап, хватит! — закрывает его рукой Алина. — Не хотим мы к тебе ехать.

— Ну-ка руки убрала! Смотри в камеру!

Алинка демонстративно отворачивается.

Он за шкирку рывком разворачивает ее обратно.

Подскакиваю со стула в шоке.

Она отбивает его руку. Из глаз обиженно текут градом слезы. Поправляет смущённо одежду.

— Не трогай меня больше!

— Алина! — оттягиваю ее себе за спину, вставая между ними.

Иринка тоже прячется мне за спину, выглядывая оттуда.

Мирон, сидя за столом, снимает это на свой телефон и комментирует.

— Батя какой-то у вас дугатский. Наш лучше.

Анатолий бросает на него высокомерный презрительный взгляд.

— Убери телефон.

— Не буду!

Делает шаг в его сторону.

— Добрыня тебе руки сломает, — предупреждаю его гневно.

— И сядет.

— А я за него штраф заплачу за ущерб здоровью.

— Много денег стало?!

— Хватает.

— Чего ж от алиментов не откажешься???

— Ещё чего. Это девочек деньги.

— Откуда деньги-то, на камеру что ли раздеваешься? — ядовито.

— Ты чего при детях несёшь?

— Убери телефон, я сказал. Я разрешение на съёмку не даю!

— Как там? Запись для суда.... Да, Вег? — продолжает снимать Мирон.

— Мам, пойдем! Пойдем, — тянут меня девочки. — Давай уйдем. Мирон, пойдем....

— Я напишу жалобу. Что ты не отдаешь мне детей.

— Они не хотят к тебе. Им с тобой плохо. Мы будем просить психолога!

— И настраиваешь детей против отца."

"— Это вшё враньё, — высовывается Иринка.

— Иди сюда, — ласково манит он ее, присаживаясь.

— Только попгобуй.... - пинает ей по сапогу слегка Мирон. — Нельзя бгать подагки от чужих. И к ним идти. Папка так сказал.

Иринка снова прячется за меня.

— Одевайтесь, — распоряжаюсь я, стоя между детьми и Анатолием.

Дети хватают свои вещи со стульев.

Внутри опять всё трясется от тревоги и обиды. Обиды за дочерей.

Раньше он себе такого не позволял!

— В таком случае, никаких больше карманных денег, — смотрит он в глаза Алинке.