Сиделка

Маг чуть нахмурился, не понимая, в чем дело, но опровергать мои слова не стал.

— Обычная, — ответил он неохотно. — С чего ты взял, что она хорошенькая?

— Знаю твои вкусы, — хрипло прошептал Горн и закашлялся. — Ладно, иди, — спустя какое-то время сказал он. — И не вздумай пускать сюда мою мать.

Маг беззвучно выругался. Правда, возражать не стал и молча вышел из комнаты.

— Ты тоже пока иди, — шевельнул рукой Горн. — Я хочу побыть один.

— Хорошо, милорд, — мне пришлось согласиться с его распоряжением. — Только сначала я дам вам лекарство.

В этот раз он не сопротивлялся. Покорно выпил разведенную настойку и отвернулся к стене. Подобная покладистость мне совсем не понравилась. Я осторожно приложила руку к его лбу. Так и есть. Жар усилился, отсюда и вялость, и нежелание разговаривать, и отсутствие сил.

— Хорошо, — тихо прошептал Горн. — Прохладно…

Я осторожно убрала ладонь, думая, что он бредит, но граф тут же беспокойно дернулся и хрипло сказал:

— Подержи еще.

Мне пришлось вернуть руку на место и ждать, пока он уснет. В душу невольно закралась жалость. Я смотрела на лежащего передо мной мужчину. Сильный, крепкий, с красивым телом и хорошо развитой мускулатурой. Темные волосы слегка вьются, на щеках проступает отросшая щетина, губы плотно сомкнуты. Сколько ему? У магов трудно определить точный возраст, но Горн выглядел лет на тридцать — тридцать пять. Хотя на самом деле ему могло быть и пятьдесят, и семьдесят, и даже сто. Как и Каллеману. Долголетие магов было общеизвестным фактом.

Горн чуть шевельнулся, словно пытаясь что-то сказать, но настойка взяла свое, и вскоре он уснул. Дыхание его выровнялось, черты лица расслабились, крепко сжатые кулаки разжались.

Я подтянула сбившееся покрывало и укрыла своего пациента. А потом осторожно прошла к выходу и тихо выскользнула за дверь.

* * *— Вот то, что ты просила.

Каллеман кивнул на небольшую шкатулку, украшенную арийской резьбой.

Оперативно. Не прошло и получаса, а маг уже успел раздобыть жвальник.

Я откинула крышку. На мягкой бархатной подкладке светлым пятном выделялся тонкий, похожий на длинный указательный палец корень.

— Уверена, что поможет? — глухо спросил Каллеман, бросив на меня расстроенный взгляд. От былой самоуверенности мага не осталось и следа. Лицо его осунулось, между бровями появилась небольшая продольная морщинка, под глазами залегли глубокие тени.

Он нервно расхаживал по кабинету, не останавливаясь ни на минуту.

— Трудно сказать наверняка, милорд, но лорд Горн — крепкий мужчина, к тому же маг. Будем надеяться на лучшее.

— Кэтрин, ты должна сделать все возможное, — с напором произнес Каллеман.