Бывший. Ворвусь в твою жизнь

Я слышу, как звенят колокольчики над входной дверью кафе."

"— И с Ваней ты тоже трусливо стоял в стороне. Да, я была против того, чтобы ты с ним общался, но это лишь потому, что ты просрал близкие отношения со мной. И знаешь что? И даже второй его дедушка, несмотря на его тупые претензии, будет куда лучше, чем ты. Потому что он, мать твою, приехал, как только о нем узнал, и не сбежал после наших с мамой оскорблений и истерик.

— Второй дедушка? — едва слышно отзывается мой отец. Скоро Адам будет у нашего столика. Я столько хочу сказать, но минуты мне будет мало.

— Я знаю, что мама отправляет тебе фотографии Вани, и тебе, похоже, этого достаточно для того, чтобы совесть свою успокоить? Посмотрел на снимки, поумилялся и можно дальше жить не тужить, да?

— Мила, прекрати, — по его лицу пробегает тень. — Ты… — отворачивается к окну, — и выдыхает, — вся в мать.

— Нет, — усмехаюсь я. — Я, будь твоей бывшей женой, фотографии внука хрен бы отправила. Потому что ты не заслужил того, чтобы быть в курсе его маленькой жизни.

— Доброго дня, — раздается мрачный голос Адама за моей спиной.

Я должна была предположить, что обязательно решит покрасоваться перед моим отцом.

— Я помешал вашему разговору, — со скрипом отодвигает стул за спинку и садится, деловито одернув полы пиджака.

— А вы кто? — папа переводит обеспокоенный взгляд на него.

— Не мог я сидеть в машине, — Адам игнорирует вопрос. — Алексея сегодня прямо не заткнуть. Его понесло в очень философские дебри, и я решил ретироваться.

— Погулял бы, — шепчу я, медленно выдыхая.

— Прости, — смотрит тяжелым взглядом на моего отца, — я не смог перебороть, свое любопытство.

— Вы мне ответите, кто вы такой?

— Ну, как не посмотреть на того, кто первым разбил твое сердце, Мила, — Адам недобро щурится. — И кого ты искала в мужчинах.

Глава 46. Я позвоню?

— Да кто ты такой, черт возьми? — отец нервничает под прямым и тяжелым взглядом Адама.

— Второй мужчина, который разбил ее сердце.

Материться охота. Громко и зычно. Замираю, когда Адам неожиданно накрывает мою ладонь и мягко ее сжимает.

Снаружи я будто камень, а внутри что-то настороженно и недоверчиво вздрагивает.

Желание спрятаться за широкую спину Адама и позволить ему меня сейчас защитить перед жестокой реальностью, в которой у меня не было отца, но может быть другой мужчина.

Мужчина, которому можно довериться.

— Так это ты отец Вани? — удивленно приподнимает бровь.

— О котором ты, вероятно, ничего не знаешь, — с насмешкой отвечает Адам. Отец опускает взгляд, молчит долгую минуту и вновь смотрит на меня:

— Я ожидал от отцовства совсем другого, Мила. Я ждал милого розового пупса, а ты была маленьким чудовищем с самого рождения.