Я тебя не помню

 — Боишься, что сбегу?

— Все куда банальнее и проще: я хотел провести это время с тобой.

— С девушкой, которая создает тебе кучу проблем и еще до конца не определилась, помогать тебе или бежать от ваших разборок с Глебом куда подальше, сверкая пятками?"

"— Если все сложится, как я планирую, то продам тебе свою часть акций, которые выкупил у Даневича, а сам уеду. Но пока тебе придется потерпеть мое присутствие в своей жизни. Откуда мне знать, что именно в эту минуту за нами не ведется слежка? Не удивлюсь, если люди твоего мужа ждут удобного момента, чтобы похитить тебя и вернуть обратно домой, — серьезным голосом произнес Шведов.

 — Сама подумай, все события, которые случились с тобой — это ведь своего рода подготовка к тому, чтобы ты путалась в показаниях. Он не пустил тебя ночью в дом, а потом приехал, как ни в чем не бывало, и просил вернуться, упомянув при этом твою травму головы. Мне не хочется, чтобы ты возвращалась к нему, потому что Хабаров своими действиями и в самом деле со временем сведет тебя с ума, а ты начнешь верить, что с тобой что-то не так. Он отличный стратег, и знает, что и зачем делает.

— Кто эти люди, которые стоят за тобой и за моим мужем?

— Сомневаюсь, что тебе знакома фамилия человека, который предложил мне сотрудничество, а вот имя Лаврова Бориса Марковича ты, наверное, уже слышала?

— Да, и не один раз. Это партнер Глеба. Ты хочешь сказать, что он каким-то образом связан с преступной деятельностью?

— Надя, они вместе несколько лет отмывают деньги через благотворительные фонды и некоммерческие организации, в одной из которых ты сейчас работаешь. Компания твоего отца — это капля в море, но весьма существенная капля, потому что с нее все когда-то началось, а теперь они хотят избавиться от балласта.

Сделать это по-тихому и без шума.

Такси остановилось у высокого здания в центре города. Мы вышли на улицу, а я поежилась от холода, размышляя над словами Максима. Уму непостижимо, что я столько лет жила с человеком, о котором толком даже ничего не знала. Да и откуда я могла что-то знать, когда мне не показывали эту обратную сторону обеспеченной жизни, а сама я не разбиралась во многих вещах?

— Предлагать прогуляться не буду, — произнес Шведов, заметив, каким взглядом я посмотрела на красивую аллею неподалеку.

— На самом деле я не хочу никаких прогулок и валюсь с ног от усталости. Пока не ходишь в эти кабинеты по врачам, кажется, что ничего ужасного с тобой и не происходило. Но стоит там оказаться, как я вспоминаю долгие месяцы реабилитации после травмы… Мне бы не хотелось пережить это снова. Я хочу заниматься ребенком, любимыми вещами и не бояться, что меня могут всего этого лишить, объявив ненормальной.