Иного решения нет

Взлетела какая-то серая птичка. Прошуршала в сухой траве полевка. Стоп! Он присел. Отчетливый лязг металла и чеченская речь.

– Противник слева, – прижав почти вплотную к губам микрофон, проговорил он и переместился чуть вперед.

Дальше кустарник становился гуще. Под ногами появились камни. Он осторожно перешагнул натянутую в траве проволоку. Замер, вынимая из кармана разгрузки кусочек красной ленты. Обмотал его вокруг ветки.

– Мины, – выдохнул, оглянувшись назад.

– Мы тебя видим, – успокоил Полынь.

Через несколько шагов Дрон наконец увидел бандитов. Один вытаскивал из прямоугольного лаза, оборудованного в земле, тело мужчины.

Второй помогал снизу. Рядом валялась отброшенная крышка люка. В нескольких шагах от них стояла женщина. Цветастый платок плотно облегал ее голову. Густые брови, большие, полные печали и тоски глаза, сжатые, превратившись в одну сплошную нить, губы. Их взгляды встретились. Она глядела на Дрона, ни единым мускулом, ни движением не выдавая, что видит. Ему даже показалось, что он стал прозрачным. Привыкший в таких ситуациях наблюдать, как лицо человека, неожиданно увидевшего обвешанного оружием разведчика, перекашивает страх, злоба и ненависть, а изо рта вырывается крик, он впервые растерялся. Спокойно и с какой-то гордостью она продолжала смотреть сквозь Дрона.

В это время бандиты выволокли труп и, бросив, словно мешок с картошкой на землю, встали с двух сторон от него, опустив руки. Было отчетливо слышно их тяжелое дыхание. Оружие он увидел только у одного, того, что тащил сверху. И то автомат был закинут за спину.

«Наверное, раненый коньки откинул», – подумал он, размышляя, как поступить.

Чеченка явно была либо не в себе, либо не собиралась выдавать его появление.

Решив испытать судьбу, он приложил палец к губам и медленно опустился:

– Филин…

– Я все видел, – ошарашил Антон. – Молодец. Всем «внимание», вход в блиндаж: Дрон, Мишень. «Похоронная команда» – я и Полынь. Волков, прикрывай и следи за бабой. Может, просто не в себе.

– Что, вот так, с ходу, атака? – опешил кто-то. Голоса Дрон не узнал.

– Момент хороший, – уверенно проговорил Антон. – Другого может не быть.

«Логично, – подумал Дорофеев. – Подземное убежище вскрыто, охраны никакой.

Возможно, основная часть отряда ушла разбойничать, оставив двоих уродов и повариху».

Чем дальше отходили бандиты, унося с собой тело, тем ближе подходил к выходу из блиндажа Дрон. Сзади, мягко ступая, двигался Мишенев.

Женщина, словно изваяние, продолжала стоять, глядя на них, не предпринимая никаких действий.

Дрон вопросительно посмотрел на нее и, показав пальцем на выход, одними губами спросил:

– Сколько?

Она отрицательно покачала головой.

До конца не веря ей, он нырнул внутрь.