Игрушка для негодяя

— Я в этом мастер.

— Два часа, — Родион скалится в улыбке. — Если ты одаришь меня молчанием и выдержишь хотя бы два часа, мы поступим по-твоему и обратимся в полицию с заявлением. Если нет, то я тебя отшлепаю.

— За что? — я округляю глаза

— За то, что ты меня не слушаешь, Яна, и перечишь, — Родион смахивает с моего правого нижнего века ресничку и смотрит на часы. — Отсчет пошел.

Задерживаю дыхание и поджимаю губы. Он со мной ведет, как с маленьким ребенком, который капризничает и требует рыданиями и криками новую игрушку или сладость, и я покупаюсь на его хитрость.

— А теперь пойдем пообедаем, — он пропускает меня вперед, — чтобы тебе было чем удивить белого друга.

Он еще смеет издеваться над моим токсикозом и страданиями. Я тоже бы не отказалась быть отцом: удовольствие получила, а через девять месяцев радуешься румянному карапузу и невероятно гордишься собой, какой ты молодец. Этот мир очень несправедлив к беременным женщинам.

— Как ты? — на крыльце нас встречает Алекс и скользит цепким и внимательным взором по шее.

Мычу в ответ, и он весь напрягается, обеспокоенно заглядывая в лицо:

— Босс, кажется, ее…

Прерываю его рыком и киваю на посмеивающегося Родиона.

— Что? Я не понимаю! — Алекс переводит недоуменный взгляд на него. — Что с ней?

— Да кто же ее знает, — тот пожимает плечами. — Очнулась и мычит всю дорогу.

— Может, в больничку?

Топаю ногами, фыркаю, мотаю головой и в следующее мгновение цокаю и скрещиваю руки на груди, с осуждением глядя на Родиона. Ну, не подлец ли?

— Думаешь, надо в больничку? — он хитро смотрит на Алекса, который не отличается умом и сообразительностью.

— Ну, это же ненормально, — тот опять глядит на меня и показывает пятерню. — Сколько пальцев?

Раскрываю рот, чтобы ответить, но тут же спохватываюсь и в ответ поднимаю растопыренную ладонь.

— А теперь, — показывает два пальца, и я от него зло отмахиваюсь.

Эмоциональным мычанием доношу до него, что его босс вздумал со мной сыграть в молчанку, и многозначительно развожу руками. Что тут непонятного?

— Босс.

— Да?

— С ней явно что-то не так.

— Вероятно, — Родион кивает. — Но все женщины с придурью.

— Но не настолько, — охает Алекс и обхватывает лицо шершавыми руками, чтобы через секунду оттянуть каждое веко. — Зрачки расширены.

— Дай взглянуть.

Родион смешливо всматривается в глаза, и я в негодовании поскрипываю зубами.

— Еще даже пяти минут не прошло, а ты уже на пределе, Яна.

— Так, я не понял, — Алекс хмурится, — у вас тут опять какие-то игрища?

Яростно киваю, и Родион беззаботно отвечает:

— Никаких игрищ, только женские заморочки.

— Ясно, — понятливо отзывается Алекс, и я захлебываюсь в возмущениях.