Изнанка модной жизни

В форме букетов делали броши и аграфы, кольца, серьги и эгреты — украшение для причесок или шляпок — ими крепили перья. В таких изделиях причудливо переплетались золотые и серебряные листья, травы и колосья, множество драгоценных камней разной степени чистоты, различных огранок и, очень часто, по моде — на серебряной подложке — тонкий листок фольги под прозрачным камнем делал его блеск ярче и цвет сочнее.

— Такой подарок — большая честь, Мадлен — сказал Михаил. — Только прощу тебя, постарайся больше так не задерживаться! Я волновался за тебя, мое сердце.

От нежного тепла в его словах я только вздохнула — все же, мне удивительно повезло с мужем. Я прекрасно понимала, что для своего времени Михаил на редкость прогрессивен во взглядах. Далеко не каждый муж позволил бы супруге иметь такое странное увлечение — модельный бизнес.

Через месяц первые мундирные платья были готовы и я повезла их на примерку государыне.

Мода, хоть и диктовала однотонные ткани, но в дневных, а паче того — в вечерних и бальных нарядах эта ткань просто терялась за волнами кружева, блеском драгоценностей и различных бантов, воланов и рюшей.

Мундирное платье отличалось и строгостью кроя, и гораздо меньшей шириной юбки — под нее даже пришлось заказывать специальные маленькие фижмы, а не те огромные ""крылья"", что носили каждый день. Выполненное в цветах полков, платья отличались строгим ""мужским"" кроем, уставной отделкой — форменное шитье и форменные же пуговицы. Для этого мне специально пришлось просить Михаила показать мне различные мундиры.

Императрица была в восторге. Не секрет, что раньше она частенько носила мужские костюмы-мундиры, но увы, с возрастом начала немного полнеть. И хотя фигура оставалась статной, а манера держать себя — представительной, все же в платье она смотрелась величественнее, чем в брюках.

— Это прекрасно, дитя моё! — государыня поворачивалась у огромного зеркала, стараясь рассмотреть себя сбоку. Потом потребовал у горничной накинуть сверху форменный плащ подбитый мехом, и снова начала рассматривать себя. Проходилась пальцем по отделке витым шнуром, пробовала сидеть и вставать.

Думаю, ей все было удобно. Платье представляло из себя довольно простую конструкцию — распашное платье, под которое одевали еще одно, нижнее. Помня о русских морозных зимах такое утепление было совсем не лишним. Кроме того, вертикальные линии отделки показывали фигуру императрицы в выгодном свете — она казалась стройнее и выше ростом.

Фрейлина Нарышкина, присутствующая при примерке, так же одобрительно кивнула головой.