Моя по умолчанию

Еще месяц назад мне бы и в голову не пришло прикладывать какие-то усилия, чтобы понравиться бабе. В конце концов, к мужикам моего статуса те сами выстраиваются в очередь. И не кривя душой, признаюсь, я всегда считал это очень удобной опцией. Захотел расслабиться – снял любую, и вперед. Без всяких прелюдий и ухаживаний, в которых нет смысла. Да и времени нет, если бы, с какого-то перепугу, захотелось. Я всегда, даже после гибели жены, оставался сексуально активным. Да, иногда на это не оставалось времени, но когда так случалось, даже мысли о сексе отходили на второй план. А вот если желание возникало – я никогда от него не отмахивался. Эгоистически брал свое и по-тихому сваливал. Отделавшись каким-нибудь подарком. Удовольствие женщины меня никогда не волновало. Может быть, потому что мне было плевать на этих самых женщин.

Даная была единственной, кому я подарил удовольствие в обход своего. Тогда, впрочем, я еще питал надежду, что совсем скоро все наверстаю. А тут дед. Со своими церковными канонами. И все бы ничего. Но я же понимаю, что старый лис совсем не по-христиански взял меня на понт. Мол, ты же взрослый мужик, Георгий. Неужто не сможешь потерпеть до свадьбы?

А я бы, может, и смог. Если бы эта чертова свадьба предвиделась! Хоть в каком-нибудь обозримом будущем. То есть, будь у меня четкая дата – мол, тогда-то и тогда-то твои мучения закончатся. Гребаный дедлайн. Так ведь нет! На оба мои предложения руки и сердца… Даная не то чтобы ответила отказом, но и не сказала заветного «да».

И вы даже не представляете, как это меня задело. Я же никому в здравом уме этого не предлагал. Лиза не считается. Мы были молоды и поступали «как все». Отучился, женился, родил ребенка – рабочий алгоритм той жизни. В жизни же этой я и не думал, что когда-нибудь снова захочу связать себя узами брака.

Захотел. Решил, бляха муха, осчастливить женщину. А тут… Облом, Жорочка. По всем направлениям. Это ты для пустышек каких-то – бог. А для Данаи Дадиной… А хрен его знает, кто ты?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍На этот раз дверь открывается без стука. Оборачиваюсь.

– Все. Нашли… Все ж баба, как я и думал! – выпаливает Степаныч, врываясь в мой кабинет.

– Кого нашли?

– Маньячку нашу. Непростая тетка. Тоже заслуженная. Поэтому менты так долго и тянули резину. Брехали, что система распознавания лиц не сработала. Как же! Видать, и у нее свои в органах.

– Кто? – сощуриваюсь.

– Элеонора Ставинская. Слышал про такую?

– Нет. Ну, и какой у нее мотив?

– Да какие мотивы у этих чокнутых артисток? Зависть.

– Зависть, значит?

– Она самая. Видел я запись допроса. Баба на всю башку отбитая. Ядовитая, как змея.