Крепостная

— Я надеюсь на вас, княжна, — сказал трагично Андрей и посмотрел на Татьяну, понимая, что наилучшим решением в данный момент будет отступить.

— Пошел вон из моего дома! — процедил Константин. — Чтобы ноги твоей отныне в усадьбе не было!

Елагин сдержался и промолчал. Только мысль о Груше останавливала его, иначе он снова бросился бы на Урусова. Молодой человек без промедления вытащил из сундука документы и деньги и, взяв с вешалки черный сюртук, направился к двери. На пороге он обернулся к князю.

— Я еще вернусь! — с угрозой бросил Андрей и быстро вышел вон.

— Только попробуй! — процедил ему вслед Урусов. — Пристрелю как собаку!

Когда Елагин скрылся из виду, Урусов обратил свой ненормальный взор на Федора и приказал:

— Проследи, чтобы он уехал! И всех предупреди, чтобы никто не смел его на мои земли пускать! Иначе насмерть того засеку на конюшне! Понял?!

Урусов стремительно шел к дворцу, сжимая кулаки, и невидящим взором смотрел перед собой. Песок жестко поскрипывал под его сапогами. Темный дворец безмолвно возвышался на фоне едва светлеющего неба. Занимался рассвет. Дворовые еще спали, и лишь изредка слышался вой собаки.

Татьяна, запинаясь о длинную юбку пеньюара, бежала за братом и пыталась схватить его за руку.

— Костя, успокойся! — просила она его. — Тебе надо валерьяны выпить! Ты весь на нервах!

— Отстань! Не твоего ума дело! — прошипел Урусов, не оборачиваясь и прибавляя шаг, чтобы сестра не успела за ним. И уже в приказном тоне процедил: — Отправляйся спать! Ты и так уже сегодня достаточно проявила себя на стороне врага.

— Братец, как же ты так говоришь? Ну какой Елагин враг? — попыталась урезонить она Константина. Однако он проигнорировал ее слова, продолжая так же быстро идти к дому, и угрожающе через плечо процедил:

— Пусть только приблизится к усадьбе! Тогда я покажу этому мерзавцу, где раки зимуют!"

"— Костя, он не мерзавец, он просто… — Татьяна замолчала, подыскивая нужные слова. Урусов резко остановился и, обернувшись, смерил сестру гневным взором.

— Ты что, тоже сохнешь по этому ублюдку? — догадался Константин о реальных мотивах поведения сестры. — Вот почему ты так боялась, что я застрелю его!

— Костя, ты неправ, — попыталась оправдаться Татьяна.

— Так и есть! И что вы все нашли в этом мерзавце, не пойму?! — выпалил Урусов злобно. — Нищий как мышь церковная, да и наглый!

— Ты несправедлив к нему. Он ведь столько лет нам служил, — начала Татьяна.

— Ах, еще и защищаешь его? — пророкотал в бешенстве князь. — Вот и отправляйся вслед за ним. Если ты на его стороне, значит, против меня!

— Что ты говоришь, Костя?! — воскликнула в ужасе Татьяна.

— В доме мне не нужны изменницы, которые переметнулись на сторону врага.