Крепостная

— Но…

— Убирайся в Москву и, пока я тебя не вызову, не смей появляться здесь! Или, клянусь, завтра же ты выйдешь замуж за старика Черкасова! — докончил Константин и снова зашагал к дому.

Татьяна, глотая соленые слезы обиды, устало поплелась за ним.

Урусов вошел в дом и быстро поднялся по лестнице. Дикая ревность до сих пор терзала его существо. Зайдя в спальню, он отыскал мрачным взглядом Грушу, которая стояла около открытого окна и зябко куталась в шаль. Светлый поток ее распущенных волос свободно струился по спине. Груша едва успела обернуться, как Константин уже жестко схватил ее за плечи и сквозь зубы прошипел:

— Ему повезло, он уехал! Но в следующий раз я убью его, обещаю.

— Вас арестуют, — прошептала Груша, немного успокоившись.

Князь проигнорировал ее слова и, еще сильнее сжав пальцы на ее плечах, вперил в лицо девушки нервный бешеный взор.

— И как давно это продолжается? — спросил он свинцовым голосом. Груша молчала, делая вид, что не понимает, о чем он говорит. Она еле сдерживалась, чтобы вновь не заплакать от боли, которую причиняли железные тиски его рук. — Молчишь? — продолжал он, повышая голос. Груша отвернулась, чтобы не видеть его лицо, перекошенное бешенством.

Урусов грубо схватил рукой девушку за подбородок и повернул к себе.

— На меня смотри, когда я с тобой разговариваю! — уже закричал он.

Груша сквозь пелену слез устремила на него полные непокорства и страдания глаза.

— Значит, я уехал, а ты, как сучка, побежала к нему? И где вы с ним встречались? — прохрипел он уже тише. — На конюшне или на скотном дворе? Как свиньи, в навозе валялись?

Груша молчала, чувствуя, что любой ее ответ еще больше распалит его злобу.

Урусов пожирал ее похотливым и диким взглядом. Чувствуя, что более не в силах сдерживать себя, он яростно притиснул девушку к себе и дико впился губами в ее рот. Груша тут же уперлась руками в его грудь, пытаясь оттолкнуть Константина, но он был слишком силен. Она почти задохнулась от нехватки воздуха, но вдруг он резко отстранил ее от себя.

— Неужели он лучше меня в постели? — запальчиво прошептал Урусов, чуть оторвавшись от ее покрасневших губ.

— Я не собираюсь отвечать на ваши вопросы, пустите! — высокомерно произнесла Груша и рьяно начала выворачиваться из его объятий.

Ей удалось высвободить одну руку, и она, как дикая кошка, впилась ногтями ему в шею, до крови расцарапав ее. Константин взвыл и немедля выпустил ее из рук. Девушка быстро побежала к открытой двери. Он погнался за ней и, споткнувшись о загнувшийся ковер, упал. Однако Урусов успел схватить подол ее ночного платья и дернуть к себе. Груша тяжело бухнулась на колени. Он сразу же повалил ее на пол. Они начали бороться.