Крепостная

 — А как упрямиться стала, так и показал ей, что она всего лишь девка невольная.

— И что ж, князь стоял и смотрел, как ее кнутом бьют? — спросил пораженно Андрей.

— А то как же, — зло сплюнул Семен. — Федор да Степан, правда, сначала отказались ее бить, но нашелся один заезжий мужик, он и выполнил приказ князя.

Все четверо замолчали, чувствуя некоторое смущение.

— Я должен забрать Грушу, — сказал твердо Андрей, понимая, что сейчас он единственная защита для нее.

— Вы лучше не показывайтесь в имении, Андрей Прохорович, как бы чего дурного не вышло, — предостерег его Семен. — Князь человек пятнадцать вооружил ружьями и охрану у дворца выставил, на тот случай, если вы приедете.

— И что ж вы так печетесь-то обо мне? — спросил ехидно Андрей.

— Дак вы к нам всегда по-божески относились, просто так не обижали, — сказал, тяжело вздохнув, Иван. — До вас-то управляющий у нас больно лютой был, каждый день на конюшне секли кого-нибудь. Что ж, мы не помним добро ваше?

— А Татьяна Николаевна за Грушу не вступилась? — спросил вдруг Андрей.

— Дак нету ее. Как вы уехали, так князь ее из поместья выгнал, — объяснил Иван.

— И где же княжна сейчас? — спросил Андрей."

"— Не знаем, — пожал плечами Иван. — Наверное, в Москву подалась.

Елагин с нетерпением мерил шагами огромную гостиную и то и дело бросал озабоченный взгляд на дверь, которая никак не отворялась. Прошло уже два дня, как он узнал, что Груша была наказана и едва не умерла. С того времени Андрей не находил себе места и только постоянно мучительно думал о том, как вызволить обожаемую девушку из проклятого имения.

Наконец белая тяжелая дверь отворилась, и в гостиную вплыла княжна Татьяна Николаевна. Увидев Елагина, она призывно улыбнулась и подошла к нему, протягивая для поцелуя руку. Андрей, одетый в черный сюртук и темно-серые брюки, показался Татьяне невозможно привлекательным и загадочным. Елагин едва коснулся губами белой ручки княжны и тут же выпрямился, напряженно глядя в ее глаза, подбирая слова для разговора.

— Андрей Прохорович, вы решили навестить меня? — проворковала княжна и томно закатила глаза. — Присядьте.

Андрей нехотя опустился в предложенное кресло и произнес:

— Мне надо поговорить с вами, Татьяна Николаевна.

— Мы так давно не виделись, — продолжила княжна, не обращая внимания на слова Елагина. — Вы пообедаете вместе со мной?

— Татьяна Николаевна, прошу, выслушайте меня, — начал вновь Елагин и вперился напряженным взглядом в лицо княжны.

— Я слушаю, слушаю, что вы так волнуетесь, Андрей Прохорович, — ласково пропела та. — Может, вина выпьете? — Она позвонила в колокольчик, и тут же появился лакей. — Вина принеси! — велела Татьяна.

Елагин уже весь на иголках не знал, как сказать о Груше.