Крепостная

— Ох, Татьяна Николаевна, плохо! Уж и не знаю, чем мы так прогневили Создателя?! — страдальчески сказала Агафья, наклоняясь к княжне.

Дворовые девушки стали прислушиваться к разговору, и Агафья прикрикнула на них:

— Идите, работайте. Пойдемте в дом, Татьяна Николаевна, а то мороз-то лютый, замерзли, небось.

— Да, есть немного, — ответила княжна, входя в дом и отдавая вышитую шубку дворецкому. — А Константин Николаевич? — обратилась она к Агафье, которая сняла платок.

— О нем-то я и хотела поговорить с вами, Татьяна Николаевна, — заметила тихо Агафья.

— Ну, хорошо, — согласилась княжна. — Вели чай подать в гостиную, — распорядилась Татьяна, обращаясь к дворецкому.

— Слушаюсь, — поклонился он.

Княжна важно проследовала в гостиную, а Агафья засеменила следом.

— Татьяна Николаевна, одна надежда на вас, — начала Агафья, едва закрыв дверь. — Мне кажется, ваш братец не в себе.

— Отчего ты так решила? — спросила Татьяна и высокомерно посмотрела на Агафью.

— Так он совсем не выходит из своей комнаты. Делами не занимается. Только и заботы у него о Груше одной. То еду ей приносит, то сам купает, словно ребенка, то полночи ходит чай ей заваривает.

— Мой брат чай заваривает? — изумленно переспросила Татьяна.

— Да я и говорю, странный он стал.

— Груша больна, вот он и ухаживает за ней. Мне Андрей Прохорович все рассказал.

— Нет, — отрицательно замотала головой Агафья. — Она уже давно поправилась, на той неделе доктор был у нее. Так я тайком у него выведала, что раны уже зажили и она здорова. Князь-то никого не пускает к себе в спальни. Даже уборку у него раз в неделю делаем и то со скандалом. Я только мельком и вижу Грушу, когда он выводит ее в другую комнату. А еще от доктора узнала, что Константин Николаевич у него несколько флаконов с опием купил.

— Зачем это? — удивилась княжна.

— Так и я думала зачем, — продолжала тихо Агафья. — А вчера князь на кухню зашел и говорит, чтобы кухарка щи сварила, дескать, Груша щей хочет. А ему и отвечаю, что она с детства щи не любит. А он мне ответил, что предложил ей щей, а она согласилась и что после болезни покладистая стала да покорная. И тут меня как осенило, что он наркотиком, настойкой опия ее опаивает. Вот она, одурманенная, и слушается его. Да еще добавил, что она скоро полюбит его, и они будут счастливы. Тут я уж уверилась в своих мыслях, потому что до того Груша говорила, что ненавидит его.

— Не думала я, что все так обернется, — прошептала Татьяна, недовольно поджав губы.

— Татьяна Николаевна, поговорите с ним, вразумите, — попросила Агафья.

— Поговорю, — пообещала княжна.

— Да еще две недели назад, — начала Агафья, как будто что-то вспомнив. — У нас такой страх тут был. Елагин появился ночью, с двумя мужиками.