Курсант: Назад в СССР 14

В голове сложился образ: дама дородная, лет за сорок…

— Настя! Иди-ка к нам! — громко позвал Гоша.

К столику подлетела молоденькая Настя, в глазах — нежность и чуть заметное волнение.

— Да, любимый? — ласково сказала она, сев рядом.

— Ты?.. Вы?.. — я едва не поперхнулся. — Ну ни фига себе! Да вы, оказывается, молодцы! Рад за вас, честно. Свет! — окликнул я жену. — Ты знала?

— Конечно, — улыбнулась Света.

— И молчала?

— Хотела сегодня рассказать.

Я снова повернулся к Гоше и Насте:

— Ну что ж, поздравляю вас!

— С чем? — удивлённо спросила девушка.

— Ну как с чем — с…

Гоша мягко поднял руку, прервав меня, подмигнул и прошептал:

— Погоди, сейчас всё будет.

Он поднялся, махнул человеку за бобинником на приступке сцены. Музыка стихла. В зале стало непривычно тихо.

— Друзья! — торжественно начал Гоша, немного смущаясь, первый раз видел, что Индия краснеет. — Вот-вот наступит Новый год. Новое время. И я хочу, чтобы он начался с самого главного.

Он опустился на одно колено, достал из внутреннего кармана пиджака бархатную коробочку, открыл — там сверкнуло кольцо.

— Настя… любимая моя… выйдешь за меня?

Настя, будто окаменев, прижала руки к груди. Глаза — блестели, а щечки зарделись.

— Да! — выдохнула она, почти шёпотом, но так, что услышали все.

— Да! — подхватили мы хором.

Зал взорвался аплодисментами, бокалы звякнули, музыка снова пошла — теперь уже под другой более веселый мотив. Настоящий праздник начался.

Я поднял бокал шампанского ровно в тот самый миг, когда по телевизору зазвучал торжественный бой курантов. Постучал вилкой по хрусталю:

— Друзья! Наливаем, мужчины ухаживают за дамами.

Началась суета, а потом снова все стихло. В эту секунду казалось, что даже гирлянды замирают в ожидании. Новый год вступал в свои права.

Бам-бааам… Бааам-бам… Ба-бам-бам…

Из телевизора неслись торжественные переливы Спасской башни — предвестники полуночи.

— У всех налито? — суетился Тоха и носился вдоль стола, с бутылкой «Советского».

— У Светы пусто! — махнул я ему. — И молчит сидит.

Но жена, сидевшая рядом, мягко прикрыла ладонью свой фужер, чтобы никто не наливал. А потом вместо шампанского плеснула туда яблочный сок из графинчика.

— За новый год же? — удивился я.

Она чуть улыбнулась. А потом взяла мою руку и положила себе на животик.

— Нас скоро будет трое, — просияла она.

Я замер. А потом… Аж подпрыгнул от радости, чуть не разлил из фужера. Обнял её, поцеловал, прижал крепко. Казалось что все, через что мы прошли — было ради этого момента.

Сбоку подскочил Гоша Индия, он как всегда все слышал, все видел, вот проныра!

— Вот это да! Вот это подарок! Значит, так… я официально буду крестный.

— В СССР не крестят, — нахмурилась Света.

— И мы не будем, а крестный папка ребенку нужен, — подмигнул Гоша. — Лёлька, то бишь.