Логово проклятых
Послевоенная Украина. Во Львовской области разведка СМЕРШ установила место, где скрывается руководитель УПА Роман Шухевич. Принято решение взять фашистского прихвостня живым. Для этого на место срочно направлена группа полковника Михаила Боровича. Кажется, загнанному в угол преступнику не избежать справедливого возмездия. Но в последний момент оперативный план неожиданно оказывается под угрозой срыва. Что это – серьезный просчет при подготовке, роковая случайность или чья-то провокация? Ответ на этот вопрос знает только один человек – сам Борович, человек с непростым и загадочным прошлым…
– Тем не менее я знаю, что в январе на западной границе произошел бой, в результате которого была почти полностью уничтожена большая группа националистов.
– Совершенно верно, – подтвердил Судоплатов. – Это было необходимо. Более того, такова была рекомендация Пастора. Операция проводилась в целях укрепления его положения в Кракове и предотвращения раскрытия. В центр попал человек, который опознал Пастора. Это некто Петр Тимофеевич Агафьев, работавший в аппарате ЧК в конце двадцатых годов. Человек в наших рядах случайный, совершил массу ошибок по службе и имитировал собственную смерть, чтобы не понести наказания.
– Пастор в двадцатые годы работал с этим Агафьевым? – настороженно осведомился Меркулов.
– Нет, не работал. Но мы допускаем, что тот мог хотя бы раз встречаться с ним на Лубянке, запомнить в лицо. На основании этого мы и разработали операцию прикрытия для Пастора. Во-первых, пущена в ход ложная информация о том, что Пастор не работал в ЧК, а был арестован и содержался в камере внутренней тюрьмы. Дело на него изготовлено на основании настоящего, изменены лишь фамилия и фотография. Временно, до окончания операции «Невод», оно будет храниться у нас вместе с другими. При необходимости мы немедленно организуем утечку информации.
– Хорошо. А при чем здесь группа оуновцев и перестрелка на границе?"
"– Этих людей готовил Агафьев. Группы, с которыми занимались другие специалисты центра, в том числе и Пастор, благополучно прошли на территорию СССР. Таким вот образом мы дискредитируем Агафьева в центре, а Пастора снабжаем информацией, подтверждающей работу этого субъекта в ЧК с двадцать девятого года по сей день.
– По легенде выходит, что Пастор имеет доступ к такой информации? Находясь в Кракове, он может ее получить и передать руководству центра?
– Разумеется, это не так. По легенде Пастор вспоминает Агафьева, называет даты, события, подтверждавшие работу этого человека в ЧК, а также лиц, которые могут прямо или косвенно подтвердить тот факт, что Агафьев и в настоящее время является штатным сотрудником НКВД. По нашей версии, он много лет работает именно по Западной Украине и коллеги знают его. Вброс информации будет совершен через националистическое подполье.
– Хорошо, допустим, вы правы, Павел Анатольевич, – сказал Меркулов, замолчал и около минуты размышлял, крутя в пальцах карандаш. – Но я хочу, чтобы вы подумали вот о чем. Если ваш замысел не удастся, то вы не просто потеряете своего сотрудника. Сразу после его разоблачения по инициативе Агафьева в Кракове догадаются, какую именно часть подполья и по каким каналам вы уничтожили. Оуновцы оценят объем контроля со стороны НКВД и перестроят свою работу, усилят контроль, избавятся от подозрительных и ненадежных кадров.
