Логово проклятых

Националисты слабы в разведке и контрразведке, но очень подозрительны и злобны. Я попал в центр лишь потому, что пришел вместе с Шухевичем, спасал его дважды. Еще за меня поручилась Стелла Кренцбах, которая тоже обязана мне жизнью.

Ридель! – Борович остановился на лестнице и облокотился на перила, глядя вниз. – Вот кто может помочь мне. Он непосредственно заинтересован в том, чтобы я остался в центре. Если вдруг полковник абвера решит, что мне лучше оказаться в рядах дружины, тогда конец придет моей работе.

Но как с ним связаться? В город я выходить не могу, не имею права разыскивать Риделя. Он сам меня находит, когда у него возникает такая необходимость.

Думай, Борович, думай. Нужно срочно связаться с полковником Риделем, как-то задержаться в центре, не дать Шухевичу увезти меня за пределы Кракова».

С Риделем ничего не вышло. Михаилу пришлось импровизировать.

Решение пришло в голову Боровича неожиданно. Вечером он шел мимо столовой, которая по праздникам и выходным служила еще и кабаком для увеселения сотрудников центра. Там сейчас шла очередная попойка. Среди гражданских костюмов были видны военные френчи без погон. Слышался женский пьяный смех.

Борович подошел поближе и присмотрелся. Много незнакомых лиц.

«Вот и отлично! – решил он. – Все те люди, которые меня знают, на конфликт со мной не пойдут. Ни для кого не секрет моя близость к Роману Шухевичу. Да и отношения со мной хорошие едва ли не у всех сотрудников центра. А вот новички или гости – это дело другое. Да еще и алкоголь бушует в крови».

Борович вошел в столовую, постоял у двери, потом двинулся вдоль стены, выбирая жертву.

«Вот этот фрукт с тонкими усиками подойдет, – подумал он. – Сразу видно, что субъект истеричный, невыдержанный. Да и пьян он изрядно. Облапил местную шлюху и не видит ничего вокруг. Да и на него внимания никто не обращает. В помещении накурено, громко играет музыка. Одни танцуют, другие курят или выпивают в своем кругу».

Борович подошел к мужчине во френче, обнимавшему пьяную проститутку, и крепко наступил ему каблуком на носок сапога. Дальше все пошло именно так, как он и предполагал. Тип с усиками взвился от возмущения и решил осадить хама, лица которого он, впрочем, уже не различал. Алкоголь ударил ему в голову, оскорбление затмило остаток разума. Даже уличная профессионалка была для него сейчас дамой, перед которой ему хотелось показать себя героем.

Борович не стал ждать, пока этот пьяный субъект разразится негодованием и оскорблениями в его адрес. Кто-то мог увидеть, что он сам спровоцировал эту ссору. Поэтому Михаил скоренько съездил данного типа по физиономии. Не кулаком, а просто влепил ему пощечину. Оскорбительную и хлесткую.