Логово проклятых

Борович весь вечер ломал голову, что же послужило причиной этой странной встречи, в течение которой полковник умудрился не проронить ни слова об их совместных делах, ограничивался общими рассуждениями и теоретизированием. Ридель был явно доволен собой и решил поощрить своего помощника.

Что же произошло? Михаилу приходилось мучиться в догадках.

Ридель сидел в кресле у камина и покачивал носком начищенного ботинка.

Наконец-то ему все это надоело, и он заговорил о деле:

– Вы знаете, Михаил Арсеньевич, что десять дней назад ваши руководители, находящиеся в оппозиции к Мельнику, направили письмо фюреру в связи с присоединением Галиции к генерал-губернаторству. Должен вам сказать, что после всех недавних событий такое их поведение выглядело, мягко говоря, довольно вызывающим. Вопрос об этом поднимался на совещании у фюрера. Адмирал Канарис сделал доклад. Не могу не похвалить вас, не сказать, что основой его выступления стала та самая докторская диссертация, о написании которой я вас недавно просил. Фюрер прохладно отнесся к идеям вашего националистического руководства. Успехи германской армии, быстрое ее продвижение на восток стали поводом для окончательного отказа от идеи создания украинского государства.

– Я почему-то так и думал, – заявил Борович, ловивший каждое слово полковника. – Мне казалось, что именно так и закончатся эти потуги руководства ОУН.

– Да, ваши господа наделали много ошибок. Вчера в Берлине от них потребовали отозвать акт о провозглашении независимого украинского государства, однако они отказались это сделать.

– И что?.. – Борович вскинул брови."

"– А что вы ждали? Стецько арестован и пока содержится в берлинской тюрьме Александрплац. Думаю, что его, как и господина Бандеру, ждет концлагерь Заксенхаузен. Мы не прощаем выходки такого рода даже людям, которые называют себя нашими лучшими друзьями.

Борович сделал скорбное лицо и согласно покивал. Ему стоило большого труда скрыть улыбку. Все-таки его мнение в Берлине учли. Этому способствовал полковник Ридель. Да и последняя капля в виде покушения на Стецько, инсценированного им, переполнила чашу терпения немцев. Значит, первая часть задания Москвы выполнена.

Фракция ОУН (б) развалена, обезглавлена и вышла из борьбы за власть. Фракция ОУН (м), во всем послушная немцам, не претендует на государственность. Но остается еще вооруженная сила в виде двух батальонов. На что способны они? Там Шухевич, а он человек решительный.

Ридель как будто услышал мысли Боровича и продолжил:

– Батальон «Нахтигаль» стоял в Юзвине, когда до него дошли сведения об арестах лидеров ОУН. Шухевич поступил не слишком-то умно. Он направил письмо верховному командованию вермахта.