Не единственная

Кроме меня и Дариона его присутствия никто не замечает, да и то, подозреваю, Дар видит его только потому, что сам Шир этого хочет. Мой мантикорыш – идеальный лазутчик.

Вот и сюда увязался за нами, правда, держался на почтительном расстоянии от Рааша и частенько пропадал по своим кошачьим делам.

«Спускайся, – мысленно указываю место рядом с собой. – Ты мне нужен».

– Дарион, льер д’Авенлок, – обращаюсь к мужчинам, – я хочу увидеть пустошь, пока светло.

– Хорошо, – с заминкой отвечает Дар, – мы с Раашем…

– Нет, – качаю головой, – я сама.

Рядом со мной материализуется Шир.

У коменданта на лице за миг проносится масса эмоций от удивления до враждебности, он хватается за эфес, но мантикорыш демонстративно игнорирует эти «нелепые телодвижения». Садится на пушистый зад и начинает умываться. Кажется, даже мурчит.

С трудом скрываю улыбку:

– Я полечу сама, с ним.

– Не думаю, что это хорошая идея, – напряженно отвечает мой дарг.

– Почему с ним? – уточняет Арген, подозрительно косясь на крылатого котика."

"– Он один из них и он мой фамильяр. – поясняю терпеливо. – Мы не знаем, кто такие дэймары и на каком языке они говорят. Но Шир может стать связным между мной и этими существами.

Арген не понимает:

– Зачем вам связной? Вы же ранерия, льера! Просто прикажите им!

– Необученная ранерия, – бурчит Дар.

Он собственническим жестом прижимает меня к себе. Да, ему моя идея не нравится, и он этого не скрывает, хоть вслух и не говорит.

– Вот именно! – поддакиваю с важным видом. – То, что я сделала в прошлый раз, получилось спонтанно, под действием эмоций. Не уверена, что смогу повторить. Я даже не поняла, как это случилось. Но Шир станет мои переводчиком. Там остались его мама и папа, и он хочет, чтобы с ними все было в порядке.

По мере того, как я говорю, глаза коменданта становятся все больше и больше.

– Мама и папа? – повторяет он, уставившись на «ребеночка», который в холке мне уже по плечо.

– Ну конечно! А вы думали, откуда они берутся? Из воздуха? Разумеется, у этих существ есть родители!

Пленная мантикора родила шестерых котят. Если бы я не видела этого сама, то сейчас бы не защищала. Но я видела! Видела, как она вылизывала их, как урчала, испытывая радость и удовлетворение. А потом, когда я пропала, она отказывалась от еды, но продолжала собственной кровью кормить своих малышей. Это ли не признак того, что мы не такие уж разные?

– Думаю, нам просто нужно найти общий язык, – говорю уже тише. – Мы с Широм будем невидимы, нам ничего не грозит. А вы оставайтесь здесь, не ходите за нами, все равно не можете проникнуть сквозь купол. Я не буду рисковать, просто посмотрю сверху. Шир, ты готов?

Громко рыкнув, фамильяр подставляет спину.

Глава 40

Мы поднимаемся в воздух, и мой страх исчезает.