(не) сестра для бандита

— Рита, — не выдержав, от отнял у меня мочалку и отбросил в сторону. — Детка, ты хочешь, чтобы я сошел с ума? Хочу тебя, малышка, — прошептал у моих губ, с силой сжимая мои ягодицы. Столько всего было в его взгляде: желание, обещание, угрозы. И, кажется, именно его взгляд стал последней каплей для того, чтобы, наплевав на все предрассудки, на абсолютное отсутствие опыта, на все на свете, я опустилась перед ним на колени и обхватив рукой твердый член провела по нему рукой, вырвав из груди мужчины гортанный стон."

"— Малышка, блядь…черт, Рита, — зашипел, когда я окончательно набравшись смелости, провела языком по массивной головке и обхватила ее губами, миллиметр за миллиметром погружая в себя член своего мужчины. Участившееся дыхание и хриплые стоны, и я отбросила все мысли, единственное чего я хотела, чтобы ему было хорошо. — Да, черт, вот так, еще, детка, — положив ладонь на мой затылок, он надавил осторожно, одновременно толкаясь в меня, заставляя взять его глубже и дышать носом. Ласки становились откровеннее, я скользила губами по мощному стволу, посасывая головку, ласкала ее язычком, под тихие ругательства, слетавшие с губ Тимура. Мне нравилось доводить его до безумия, нравилось сводить с ума.

— Детка, все, хватит, я сейчас… — он попытался отстраниться, и, да, я оценила этот жест, но не позволила ему сдвинуться с места, хотела, чтобы ему было хорошо, до конца. Сильнее втянув головку, провела по ней языком, и еще раз…— черт, черт…да, блядь, Рита, — теплая струя ударила в горло. Откинув голову назад, Тимур продолжал шептать ругательства, пока я не проглотила все, до последней капли. — Я люблю тебя, малышка, — произнес на выдохе, а я замерла, вот так, сидя на коленях, посреди душевой кабинки.

— Что…что ты сказал? — за все время, что мы были вместе, он ни разу не произнес этих слов, а я и не требовала, мне было не нужно, во всяком случае так мне казалось до этого момента.

Он помог мне подняться с колен, впился жаждным поцелуем в мои истерзанные губы и оторвавшись спустя целую вечность, повторил:

— Я люблю тебя.

Из душа мы вышли расслабленные, счастливые до безобразия и уставшие, словно марафон пробежали. Я не стала расспрашивать его о случившемся, не сегодня, у нас будет время поговорить. Лишь соприкоснувшись головой с подушкой, Тимур погрузился в сон, а я продолжала водить пальцами по его волосам, лицу, шее, не в силах даже на минуту прикрыть глаза, боясь, что он может исчезнуть.

Глава 39

Тимур

Зловонная камера перестала вызывать отторжение. Каждый день у меня начинался практически одинаково. В полной мере наслаждался обществом отбитых мудаков, которые разукрашивали меня все ярче и сильнее.

Запекшаяся кровь укрывала тело. Не было живого места, иногда мне казалось, что я не выйду отсюда живым.