Неподходящие люди

- Что?

- Что?

С минуту, не меньше, клянусь вам, целую бездну времени мы пялимся друг на друга. Он стоит у мойки, я сижу за столом. Потом он вздыхает, грустно улыбается и присаживается напротив. Говорит:

- Ладно, шутки в сторону. Ничего, что я приехал? - уже другим тоном, серьезным. И выражение лица соответствующее, взгляд проницательный. Согрелся, взбодрился, решился на разговор. Немного теряюсь от перемены. Поджимаю пальцы ног до боли, хорошо, что под столом не видно. - Ответь честно, - он быстро облизывает губы от нетерпения.

- Я же сама позвала.

- Но член сказала оставить в машине.

- На прежних условиях, думаю, ты уже не проходишь.

- А если прохожу?

- Давай не будем торговаться. Ты попросил о помощи, потому что больше пойти некуда. Я согласилась. Мы не чужие люди, и всегда такими останемся, что бы ни случилось, - я позволяю себе коснуться кончиками пальцев его горячей ладони, которую он тут же отдергивает, затем спохватывается, тянется и сжимает мою руку, при этом внимательно рассматривая однотонную скатерть.

- Хорошо, - натянул рукава до костяшек пальцев."

"- Расскажи, как ты живешь. Какие эмоции, ощущения, - услышав мою просьбу, Ваня поднимает голову, и я продолжаю радостно: - Мне все про тебя интересно. - Минуту он мешкает, но мои вопросы искренние и простые, поэтому сдается:

- Да как… нормально. Клево.

- Честно-честно?

- Ну, еще и…

Посмеивается. А затем, внимательно глядя в глаза, произносит одно единственное слово:

- Быстро. - И я понимаю, о чем он. Почти не удивляюсь, когда продолжает: - Ты знаешь, время очень быстро идет. И такое ощущение, что жизнь совсем не поменялась, не считая новых моделей телефонов и транспортных развязок по городу. Я вернулся на свое собственное прежнее место, но при этом изменился сам, поэтому не помещаюсь. А нового, подходящего для меня места нет. Вообще без места. Бред несу, да?

- Не бред, - задумчиво качаю головой. Почему-то совсем не волнуюсь, мне спокойно и уютно. Эмоции не сравнить с теми клокочущими, что разрывали изнутри при прошлой встрече. Продолжаю ровным голосом: - Я понимаю, сама такой была, когда осознала, что больше никогда не смогу преподавать. Это пройдет. Если приложишь соответствующие усилия, конечно. Найдешь новое место. Искать всегда сложно.

- Надеюсь. Не хотелось бы… фатально облажаться, - он смотрит на меня задумчиво. Я жду, чтобы добавил слово «снова», сердце разгоняется от волнения. Впиваюсь взглядом в его лицо, стискиваю зубы. Обращаюсь в слух. Но он не добавляет. Интересно, хочет ли?

Это, мать его, самый важный вопрос сейчас на этой небольшой кухне и в моей собственной Вселенной. Молчание затягивается, и я решаю его нарушить:

- Так никто не ждет, что через неделю ты станешь успешен.

- Ждут. Точнее, у всех есть четкие планы насчет того, как я должен жить и что делать.