Изменить 6-го

— Кев? — Я вытаращил глаза. — Кев. Гребаный Кев?

Моллой в ужасе уставилась на меня.

— Джо.

— Твой брат тоже в курсе? — Я замотал головой. — Уму непостижимо.

— Хватит на меня орать, придурок!

— Я не ору! — завопил я, размахивая руками. — У меня паническая атака.

— Тогда успокойся.

— А я спокоен. Как только может быть спокоен чувак, который последним узнал, что его девушка беременна! — На сей раз я практически ревел.

— Прости. Я пыталась тебя защитить! — с надрывом выкрикнула Моллой. — Только и всего.

— Это не тебе решать! — огрызнулся я, дрожа. — Я имею право знать, что происходит.

— Я хотела как лучше, — гнула свое Моллой. — И вообще, ребенок в моем животе, а не в твоем.

— Да, но это мой ребенок, — мрачно возразил я и чуть не спятил, осознав смысл сказанного. — О господи. — Сердце болезненно сжалось. Еще немного, и меня хватит удар. — Это мой ребенок. — Прижимая к груди ладонь, я медленно выдохнул и попытался выровнять дыхание. — Вот блин.

— Прости, Джо. — Всплеснув руками, Моллой развернулась и бросилась прочь. — Умоляю, не злись.

Мне следовало побежать за ней, однако ноги не слушались.

Сделав пару шагов, я плюхнулся на задницу — совершенно обалдевший, пришибленный.

Беременна.

Ифа беременна.

Она ждет ребенка.

Моего ребенка.

Вставай и позаботься о ней.

Хватит думать только о себе, долбаный нытик.

И не прикидывайся, что тебе плевать.

Ребенок твой, и он тебе дорог.

Ифа — твоя девушка, и она тебе дорога.

Они — часть тебя, и ты дорожишь ими обоими.

58

ПАРШИВАЯ ОВЦА В СЕМЬЕ

ИФА

В четверг днем я распахнула входную дверь и с воплем «Мама!» влетела в дом. Не понимаю, как мне удалось ни в кого не врезаться по дороге из школы.

Наверное, спасло желание поскорее очутиться в безопасности. Рядом с мамой.

— Мам!

— Ифа? — На пороге кухни возникла перепуганная мама с полотенцем в руках. — Что стряслось?

— Мам! — Я бросилась к ней. — Он соврал.

— Кто? — Мама подхватила мое обмякшее тело на руки. — Ифа, что произошло? Кто соврал, ягодка?

— Кев! — Обливаясь слезами и соплями, я вцепилась в нее мертвой хваткой и обняла за шею. — Он разболтал Полу. И всей школе.

— Что-что?

— Джоуи в курсе, ему объявили прямо на уроке. — Сотрясаясь от рыданий, я крепче стиснула маму в объятиях.

 — Мне не дали возможности самой во всем признаться!

— О господи. И как он отреагировал?

— А ты как думаешь? — воскликнула я. — Ужасно. Разозлился, что я столько времени молчала.

— Ох, Ифа.

— Он этого не заслужил, — всхлипывала я. — Не заслужил узнать о моей беременности при всех. — Я содрогнулась, вспомнив отвратительную сцену в классе. — Это был кошмар.

— Да уж, представляю.

Стукнула входная дверь, и в коридоре нарисовался раскрасневшийся смущенный Кев.

— Ифа.