Одержимость Сурового (СИ)

Сердце, которое до этого немного успокоилось, снова со всего размаху о рёбра ударяется.

- Куда?

- В одно место, хочу тебе кое-что показать.

Плавать я уже не хочу. Потому что вся как воспалённый нерв. Меня буквально потряхивать от волнения начинает.

— Это что-то важное?

- Более чем уверен, что да.

И ведь ничего конкретно не говорит.

- Я сделаю ещё один круг и буду выходить из бассейна. Но перед тем, как куда-то ехать, мы сначала попросим у Ди аптечку и обработаем твои ссадины. - Произношу серьёзным тоном, а Демьян тут же кривится.

— Это ерунда, само заживёт.

- Сначала обработаем, и только после я с тобой куда-то поеду. - Произношу утвердительно и, не дожидаясь его реакции, отталкиваюсь от бортика и начинаю плыть.

Если Ди права, и Демьян по собственной воле столько раз по лицу получил, то тогда я отказываюсь понимать такое его увлечение. Кому может нравиться причинять себе боль? Это же неадекватно!

Я делаю круг, как и планировала. Выхожу из бассейна, обернувшись полотенцем, направляюсь в дом. Конечно, Демьян не сидит послушно в моей комнате и не ждёт, пока я принесу аптечку. Но я решительно настроена обработать его ссадины.

Нахожу Ди, прошу дать мне аптечку. А после направляюсь с этим чемоданчиком в кабинет Юсупова. Потому что именно оттуда доносятся голоса мужчин.

- Садись на диван! - Командую, когда в помещение захожу. Прерываю их разговор.

Юсупов насмешливо брови приподнимает, а Демьян кривится.

- Ты серьёзно?

- Кто-то решил медсестрой подработать? - Ратмир не удерживается и подкалывает меня. А Демьян, увидев мой суровый взгляд, картинно вздыхает и к дивану плетётся.

Мне кажется или он мне подыгрывает? Раньше бы он грубо отмёл все мои попытки его уговорить. А здесь послушно делает, что я говорю.

Прикасаюсь кусочком ватки к самой большой ссадине. Ватка пропитана антисептиком, по моим ощущениям Демьяну должно быть как минимум неприятно, но он даже виду не подаёт. Не шипит, не щурится. Лишь смотрит. Таким взглядом, что до косточек пронимает. Внутри небольшая дрожь начинается.

- Тебе идёт роль медсестры, Белоснежка, — отпускает комментарий, от которого хочется глаза закатить. О чём бы он ещё думал в такой момент. Ну, конечно, я в нём даже не сомневалась.

- А тебе молчать, — сильнее ваткой надавливаю, а Демьян лишь скалится в ответ.

- Такая заботливая, — от его тона коленки подрагивать начинают, а по телу расползается непонятное тепло. Господи, сколько времени прошло, а я до сих пор не могу взять под контроль свою реакцию на этого мужчину. Как же хорошо было заниматься самообманом, когда его рядом не было. А вот когда он на расстоянии вытянутой руки. Когда его горячее дыхание кожу задевает, вот здесь сложно переключиться на самообман. Не получается, чёрт возьми.

- Чем ты ночью занимался? - В глаза его строго смотрю.