Наследник для Шаха
— Куда спешишь, красивая?Огромный мужчина преграждает мне путь, а я буквально теряю дар речи. Черные восточные глаза скользят по моему лицу и шее вниз, останавливаются на листке, который продолжаю сжимать в охладевших пальцах, прижатых к груди.— Направление на аборт?!Голос Шаха становится глухим, рычащим. На дне черных глаз вспыхивают искры.— Аборта не будет!Делаю шаг назад, но крепкие пальцы смыкаются на моем запястье.— Это не ваше дело! Вы не имеете права мне приказывать! — Рявкаю зло, со всем пылом и обидой.— Еще как имею! Все права на твое тело теперь у меня. Учитывая, что ребенок, которого носишь — мой!
Скажи, что ждет нас? Как мне быть, что делать? Я студентка, хоть и учусь на заочном, но мне нужно знать, как выстраивать мою жизнь, куда идти…
Выслушивает мои вопросы. Опускает руку на мой подбородок и заглядывает в глаза. А я присматриваюсь к его чертам, чтобы понять, чего ждать, но Аслан опять удивляет:
— Правильные вопросы задаешь, Айша, нужные. Верные. Обо всем поговорим. Обсудим. Я решаю пока определенные моменты, после чего все встанет на место.
Прикусываю губу, хочется задать еще кучу вопросов, но я все же останавливаю себя.
— Верь мне, Полина. С тобой у меня все серьезно.
И я прислушиваюсь к себе, осознаю, что действительно верю Шаху безоговорочно.
Отворачиваюсь к окну, когда его телефон вновь звонит, и рассматриваю проскальзывающий пейзаж.
Незнакомый, немного непонятный, но все же очень интересный.
Машина заезжает на территорию особняка Аслана, мы выходим и мужчина идет со мной в дом. Держит опять же за руку. Ощущение такое, что он действительно не хочет выпускать меня из своих рук.
Словно я его сокровище.
— Господин, ужин подан в вашей спальне, как вы распорядились, — экономка Шаха опускает голову при виде Аслана, смотрит в пол на мгновение, а когда выпрямляется, я заглядываю в глаза женщины, немного смущаюсь, ожидаю, что могу увидеть там осуждение, как если бы она знала, чем мы занимались во время своего отсутствия, но женщина и бровью не ведет.
"Ее смуглое лицо выражает лишь доброжелательную учтивость. Мне даже кажется, что она улыбается краем губ, когда взгляд перетекает с Шаха на меня.
— Спасибо. На сегодня ты свободна. Отдыхай.
Распоряжается Шахов, отпускает женщину, а сам идет в сторону бара, наливает себе из графина в бокал янтарной жидкости, делает глоток, а я не знаю, что делать.
— О чем задумалась, Полина? — читает меня как открытую книгу, и я смотрю на грозного мужчину в нерешительности.
Вдруг сердце колет, и я понимаю, что не хочу расставаться.
— Ты приказал накрыть ужин в твоей спальне, я…
Опускаю глаза на мгновение и Шах хмурится, приближается ко мне.
— Что ты? — спрашивает, останавливаясь передо мной.
— Мне подняться к себе в комнату?
Смотрит на меня с секунду, прищуривается, а затем выдает безапелляционно:
— Ты теперь спишь со мной.
По мере того, как мужчина выдает информацию, от сердца у меня отлегает, я словно выдыхаю.
На миг показалось, что сказка осталась в бунгало. Не знаю почему, но я внутренне с каждой секундой жду какого-то Армагеддона.












