Пиявка голубых кровей

– Елене с детства не везло. Ее мать, Галина Петровна Нечитайло, исчезла. Отца, Ивана Германовича Васина, случайно убили. Он шел мимо кафе, а там братки затеяли перестрелку, в мужика шальная пуля попала. Ба-бах, и девочка полная сирота. Хорошо, что бабушка была, а то могли Лену в детдом сдать. Лене в день гибели отца исполнилось двенадцать. Да уж, веселый праздничек у нее случился.

– Иван Германович? – возбудился Дегтярев. – Васин? Подождите!

Полковник открыл свой ноутбук и начал тыкать пальцем в кнопки.

– И… в… а… н…

Все ждали, чем закончится борьба Александра Михайловича с ноутбуком.

– Г… е… п… «р», а не «п», – злился Дегтярев. – Кому пришло в голову так плотно буквы на клавиатуре установить.

Собачкин пошел за новой порцией кофе.

– Просто у тебя пальцы толстые. Что ты ищешь? Пусть Кузя этим займется.

– В нашу закрытую базу он не проникнет, – гордо заявил толстяк, – в нее доступ исключительно для профессионалов. М… н… ох, «а» пропустил! Как его теперь между «м» и «н» вставить?

– Нажми сюда, – подсказала я.

– Вот еще! Стану я тебя слушать, – фыркнул Дегтярев.

– В розовом детстве я влез в закрытую базу данных одного ну очень серьезного министерства, – начал рассказывать Кузя, не забывая при этом водить мышкой, – добрался до их департамента персонала, который тогда называли отделом кадров. Глянул на оклады, прослезился и добавил каждому денег.

– Тебя арестовали? – спросила из коридора Марина."

"– Приехали дяди в костюмах, – хмыкнул Кузя, – сказали, что я далеко пойду, велели хорошо учиться, пообещали помочь поступить в МГУ, а потом к ним на работу. «Нам такие нужны». До окончания школы мне два месяца оставалось, они оставили свой телефон.

Марина всунула в комнату голову.

– И что?

– Ничего, – прогудел Кузя, – у меня была золотая медаль. Сам поступил куда хотел. Иван Германович Васин. Предположительно, вор в законе.

– Предположительно? – удивился Сеня.

– Его не поймали за руку, – пояснил Кузя, – а биография у него, как у дипломата. Родился в семье композитора и балерины, ходил в школу с углубленным знанием немецкого языка, окончил юрфак.

– Ух ты! – восхитился Леня, до этого методично уничтожавший пирог, который Марина нежно величает «утопленником».

– Да, анкета красивая, – согласился Сеня.

– Никаких черных пятен, – продолжал Кузя, – преподавал в городе Бутимске в институте сельского хозяйства.

– Он не москвич? – удивилась я.

– Коренной столичный житель, – ответил Кузя.

Марина бочком вошла в комнату, села на диван и тут же спросила:

– Зачем ему уезжать в Бутимск? В то время, наоборот, вся провинция в Москву рвалась.

Дегтярев выдернул из коробки салфетку и вытер вспотевший лоб.

– Бутимск находится за Уралом, – внес уточнение Кузя.