Подкидыш для депутата. Выбор сердца

Не верю, что это происходит наяву. Мы сейчас как настоящая семья. А Дима слишком заботливый и внимательный. В чем подвох?

— Оф, Ди-им, — выдыхаю я, не зная, как мне действовать дальше.

Так хочется довериться ему, но… не могу. Отныне я должна быть осмотрительнее и думать о малыше, а не о личных отношениях. Однако помощь Димы как раз необходима мне в данный момент. Чего плохого в клинике, лекарствах и, в конце концов, мужской поддержке? Наоборот. Все это в интересах ребенка, ведь так? Только бы Щукин не обидел меня, как…

Дима, словно почувствовав мои сомнения, протягивает ко мне одну руку, второй продолжая сжимать руль. Берет мою ладонь, быстро подносит к губами и целует тыльную сторону. Легкое касание его губ обжигает, будто оставляет клеймо. Кожа покрывается мурашками, в груди становится горячо, забытые ощущения накатывают с новой силой.

Я не выбросила Диму из головы, не вырвала из сердца. Не смогла.

— Все будет хорошо, котенок, расслабься, — шепчет он заботливо.

Ощущение, что демон, вселившийся в Щукина после разговора с врачом, сейчас покинул его тело. Надолго ли?

У меня почти получается последовать его совету и успокоиться. Но стоит нам подъехать к знакомому дому, как я опять начинаю нервничать. Вроде бы не происходит ничего страшного, но предчувствие вопит об обратном. Поэтому медлю, когда Дима распахивает дверь и подает мне руку. Но он не раздражается из-за моей нерешительности, а лишь терпеливо ждет, пока я очнусь и покину салон автомобиля. Ясно одно: сдаваться и отпускать меня мужчина не собирается. Странно, но понимание этого окрыляет меня.

Однако едва мы переступаем порог дома Щукиных, как паника возвращается. Шестое чувство меня не обмануло. Картина, представшая моему взору, ввергает в шок и побуждает бежать без оглядки.

В гостиной на диване расположились двое мужчин. Сидят друг напротив друга и добродушно беседуют. Словно старые друзья. Один из них очень похож на Диму: те же темные волосы, жесткие черты лица и прищуренные глаза необычного медового цвета.

— Привет, папа, — холодно обращается к нему Щукин-младший и переводит взгляд на гостя.

Последний медленно оборачивается, заставляя меня сжаться от страха. Садится к нам вполоборота, без стеснения окидывает меня взглядом с ног до головы. И еле заметно ухмыляется. Ехидно, будто задумал что-то. Но я не намерена больше играть на его стороне.

— Добрый день, Герман Алексеевич, — буквально выжимает из себя Дима.

Глава 6

— Добрый, рад видеть, — лицемерно тянет Емельяненко, продолжая скользить по мне масляным взглядом. — Мы тут как раз с Николаем обсуждаем твою ситуацию, — обращается к Диме. — Сам ты явно не справляешься.

Замечаю, как хмурится Щукин-старший.