Свободные отношения

Обстановка в машине накаляется до такой степени, что набрасываемся друг на друга. Мне хочется ее съесть, раздавить, спрятать, чтобы никто и никогда больше не притрагивался к ней! Зверею представляя, что совсем недавно к ней другой прикасался. Одновременно гадко и в тоже время хочется отыметь ее так, чтобы имя его забыла, чтобы прикосновения с кожи стерлись. Заклеймить, чтобы все вокруг знали — моя. Поэтому я груб, трахаю не жалея, кусаю, ставлю засосы, с каждым мигом злясь все больше. Ей опять все нравится.

Потом отвожу ее домой. Внутри такое творится, что словами не передать. Мне надо уезжать, а меня анакондой ревность душит. Они буду снова видеться? Они продолжат свое гребаное «общение»???

Не отпущу ее никогда, ни за что. Моя!!! И делиться ее ни с кем не собираюсь! Моя!!!

Меня распирает от мыслей, как это пережить, а она…она просто ставит перед фактом, что больше ничего не хочет.

Ей нужен развод.

Вот и все. Логичный финал идиотского плана, под названием «свободные отношения». Если бы я был поумнее, то понял бы давным-давно, что это не Варин вариант, что рано или поздно, она решит выбраться из этого болота и пойдет дальше, оставив неприглядное прошлое за спиной.

В Лондон возвращаюсь словно зомби. Со стеклянными глазами, с головой, которую распирает миллион мыслей, с дырой в груди, из которой пульсируя выплескивается черная кровь.

Каждая мысль только о том, чем занимается Варя в этот момент. Опять с Немановым?

Я убью его!

В голове все тот же насмешливый голос раздается «а я тебе говорил, предупреждал, что в такие игры играть нельзя. Теперь наслаждайся. Варька действительно сильная, справилась. Прожевала, проглотила и дальше с улыбкой пошла. А вот справишься ли ты — это вопрос.»

Впервые в жизни чувствую себя неудачником и сомневаюсь в своих силах. Но лишь одно знаю наверняка — своей жизни без нее не представляю.

Я не знаю, как ее удержать. Мне нечего предложить, кроме самого себя, но подозреваю, что теперь этого мало.

Это была адская неделя. Бесился по каждому поводу, походил на огнедышащего дракона, обезумевшего от ревности, давился своим бессилием.

Вечерами мы как обычно общались по телефону. У меня еле говорить получалось, а она смеялась, болтала, как ни в чем небывало, и явно не парилась о том, что произошло.

Просто взрыв мозга.

Больше всего хотелось устроить ей разнос, но держался. Стиснув зубы, взял себя в руки, затолкав гордость поглубже. Нельзя. Просто нельзя и все. В нашем случае претензии неуместны. Я сам придумал правила этой игры.

***Когда неделю спустя отправился в Москву на пмж, черти внутри немного успокоились. Настолько, что я смог даже улыбаться, дурачиться с ней несмотря на то, что кислота внутри никуда не делась, медленно булькала, прожигая насквозь.

Я даже подумал, что смогу справиться.