Право первой ночи. Жар трёх сердец

 — Будь это так, то сейчас под замком стояло бы войско.

Он берёт мою руку и целует запястье.

— Уверен, Огненный король прекрасно осведомлён, что Алианор сейчас не так беззащитен, как раньше. И больше мне не требуется поддержка ваннора, я и сам способен дать отпор врагу. Я только что уничтожил логово разбойников. Справиться с тремя посредственными магами не составит труда!"

"Синие глаза его блестят, квадратный подбородок приподнимается в горделивом движении. Я невольно улыбаюсь, признавая силу Леораса и мысленно благодаря за защиту наших подданных. Вслух же произношу:

— Поэтому посылать войско к замку было бы неразумно. Захват земель Алианора будет прямым вызовом Зиверу, Огненный король не смог бы на этом остановиться. Но и оставить всё как есть он не может. Эдхар разбил его войско, младший сын Ледяного короля женился на принцессе, завладев землями, которые правитель Халеса уже считал своими…

— Почему? — хмуро перебивает Леорас.

— Потому что послал к нам своего наместника сразу, как умер мой отец, — поясняю я и горько улыбаюсь. — Чтобы быть уверенным, что я приму руку выбранного им человека. Но вмешался Эдхар…

— Я не о политике, — снова останавливает меня муж и, сжимая мои руки, пытливо заглядывает в глаза. — Почему ты называешь ваннора по имени?

Я в недоумении приподнимаю брови.

— Тебе неприятно слышать имя брата?

— Не доставляет удовольствия слышать, как его произносишь ты.

В груди разливается липкий холод, и я выдёргиваю руки из его хватки. Не желая видеть, как Леорас, сузив глаза, поджимает губы, отворачиваюсь.

— Больше не упомяну его при тебе.

Леорас молчит, а я борюсь с растущим возмущением. Раньше муж со мной так не говорил, и мне совершенно не нравится вспыхнувшее в глазах мужчины пламя. Ревность растёт там, где нет веры. Так говорил отец. Сейчас эти слова причиняют мне боль.

Я верна мужу. Изо всех сил стараюсь не думать о другом мужчине. Постоянно пытаюсь искоренить из своего сердца. Вырвать из себя, уничтожить… Это тяжело, потому что тревожащее чувство, как живучий сорняк, обвивает меня, упрямо заполняя собой.

Каждый день я совершаю эту битву, одерживая сложную разрушительную победу, но ночью понимаю, что надо начинать заново, снова проигрывая освобождённые территории своих чувств… Это обессиливает меня и угнетает, но я не сдаюсь.

Ради нашей семьи и священных уз брака, которыми одарило нас небо, я сражаюсь с магической связью. Готова делать это всю жизнь, если Леорас будет верить в мою победу.

— Я пригласила послов в замок, — меняю тему и стараюсь убрать из тона голоса металл разочарования, — чтобы они лично убедились, что внутри нет зиверийцев. Правитель Халеса желает удостовериться, что Алианор — всё ещё нейтральная территория. И мы это покажем.