Призрак в кривом зеркале

Эльвира Леоновна переглянулась с детьми – вид у гостя был такой, словно он не спал всю ночь: светло-русые волосы взъерошены, глаза красные, и выглядит не на двадцать четыре года, а на все тридцать пять.

Отчасти предположение Шестаковой соответствовало истине: Илюшин оставался у Ксении Ильиничны до полуночи, хотя сам понимал, что роль сторожевого пса при ней довольно-таки нелепа. Но уехать раньше он не мог. Ксеня добросовестно повторила ему все, что рассказывала и раньше: у нее не было врагов, кроме Аллы Богдановой, она никому не переходила дорогу, ни с кем не ссорилась, и ей никто больше не угрожал. Оставалась версия мести бывшего мужа, и Макар понимал, что следователь в первую очередь начнет отрабатывать именно ее. Но Ксеня уверяла, что они с Максимом расстались вполне мирно.

– Ему не за что меня убивать, – четвертый раз повторила она, жалобно глядя на Илюшина. – Честное слово, не за что! Нам даже делить нечего: я жила в его квартире, зарплату тратила на хозяйство и свои нужды. Машина – его собственная, я на нее никогда не претендовала. Когда мы развелись, снимала квартиру вместе с подругой…

Ксеня сложила пальцы и закрыла глаза. Илюшин уже знал, что она читает какой-то стишок, который помогает ей успокоиться.

– Вы разведены официально? – Макар продумывал все возможные мотивы.

– Конечно. Говорю тебе, Максим здесь ни при чем.

Друзья, бывшие подруги, коллеги по работе… В двенадцать ночи Илюшин нехотя ушел от Ксени с полным ощущением, что все это время бродил рядом с разгадкой, но не увидел ее. Он созвонился с Бабкиным, который добросовестно пытался помочь, но оба не придумали ничего нового. Не было никаких серьезных изменений в жизни Ксении Пестовой, она не знакомилась со старушками, собиравшимися завещать ей крупную сумму в обход родных племянников, и потому Бабкину с Илюшиным приходили в голову лишь экзотические версии мотивов преступника, не имевшие под собой ничего, кроме чистой фантазии. Макар лег спать в пять утра, проснулся всего через три часа, позвонил Ксене и с облегчением услышал, что ночь у них прошла спокойно.

Спустившись в столовую и поздоровавшись со всеми членами семьи Шестаковых, Макар опустился в кресло, отпил крепкий кофе, налитый ему Элей, и на секунду прикрыл глаза, отвлекаясь от мыслей о Ксении Ильиничне и человеке, который пытался ее убить. Вокруг него велась на первый взгляд обычная утренняя беседа, но он ощущал, как напряжены трое из пяти человек, сидящих вокруг него.

Эльвира Леоновна смеялась, шутила, но теперь за ее старательным весельем Макар видел растерянность человека, не понимающего, что происходит вокруг него.