Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила

У вас все это получится гораздо быстрее и надежнее.

Думал я недолго. Ну а что, в самом деле, ведь добро пропадает, вполне исправные миноносцы нам достанутся даром, и русскому флоту еще послужат. Лейтенантов на такое дело посылать не по чину, а вот мичмана в самый раз. Вот они стоят, два бездельника, оба легко раненные. Шиллинг и Балк. Две команды и два командира. Подзываю их к себе:

– Слышали, господа офицеры? Считайте, что это первое ваше самостоятельное задание.

Козырнув, мичмана исчезли, словно их и не было. Им сейчас придется побегать – найти старшего офицера Степанова и старшего механика Лейкова.

Ведь без них они не смогут набрать свои команды.

Отпустив мичманов, я продолжил вглядываться в подходящего к нам «Адмирала Ушакова». С первого взгляда корабль особо не впечатлял. Всего одна короткая и очень широкая труба – у «Варяга» таких труб четыре, а у «Аскольда» – аж пять. Хотя то, как он к нам бежал, показывает совсем неплохие скоростные качества. Шпирона как такового нет, форштевень атлантического типа. Когда я обратил на это внимание поручика Бесоева, тот ответил, что, дескать, в историю военно-морского искусства попали лишь два полных адмирала-идиота.

Один – австрийский, который пошел на таран в битве при Лиссе, и другой – итальянский, который позволил австрийцам себя таранить. И больше ни разу. В остальных случаях шпиронами топили лишь свои корабли во время неудачного маневрирования. Сейчас не то что на таран, на дистанцию выстрела из минного аппарата броненосец или крейсер не подпустит корабль своего класса. В том смысле, что все наши минные аппараты это бесполезные в бою и к тому же крайне опасные игрушки. Для крейсера они могут еще пригодиться, к примеру, для того, чтобы быстро утопить невооруженные неприятельские пароходы. Но тут, если по уму, и одной скорострельной четырехдюймовой пушки хватит за глаза и за уши.

А вот «Ушаков», в смысле вооружения, больше похож на маленький броненосец. Бортовых орудий у него, правда, нет, но есть две двухорудийные башни. Сразу за носовой башней восемь толстых наклонных труб. Не знаю, что это, наверное, что-то подобное тому, чем убили «Асаму», хотя по ней стрелял вроде не «Адмирал Ушаков», а «Москва». Минные аппараты тоже есть, правда не нашего детского калибра, а эдак примерно двадцатидюймовые, длиною саженей в пять.

Надо будет потом спросить, там обычные мины или что-то особенное, если уж даже в наше время корабли на минный выстрел сойтись не могут. И не повернуть их никак, ширины корабля не хватит, а ведь там еще и надстройка…

Нет, с этим так просто не разберешься. Только вот, как у него с огневой мощью, четыре ствола не маловато будет? И тут жизнь, через какого-то дернутого на всю голову самурая, сама дала мне ответ.