Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила

«Североморск» занимает позицию рядом с «Ушаковым», наведя свои орудия на берег. «Алтай» и «Енисей», как заботливые няньки, отворачивают влево, к «Варягу» – спасать и лечить. Четыре БДК строем кильватера, что называется «под гром литавр и бой барабанов», входят на внутренний рейд.

Милях в трех за Идольми – черноморцы, «Новочеркасск» и «Саратов», отваливают от строя и делают поворот вправо, все вдруг, на восемь румбов. Идут к берегу строем пеленга, сбрасывая скорость. Задача у черноморского батальона – занять высоту 233, юго-восточнее Чемульпо, потом, оставив там заслон и самоходную артбатарею, зачистить от японских захватчиков город и порт.

Мы идем дальше, на полном ходу обогнув стоящих на якоре стационеров, проходим траверз порта. У причалов видны японские пароходы, что вчера вечером и ночью сбросили в Чемульпо десант. Но нам не сюда. Показываем «Тэлботу» средний палец и уходим за мыс, на котором стоит Чемульпо. Пусть англичане гадают, чем мы там занимаемся. Все, приближаемся к точке высадки, мне пора к ребятам, вниз, в трюм.

Внизу, несмотря на вентиляцию, чадный соляровый угар от работающих на холостом ходу дизелей.

Еще немного и будет настоящая душегубка. На моей машине уже укреплен большой андреевский флаг, чтобы все видели – кто идет, и свои и чужие.

Наконец распахиваются десантные ворота, впуская в трюм свет дня, и я ныряю в командирский люк своей машины. Механик газует, и вот мы уже плывем, раздвигая волны. До берега километра три, не меньше. Наша первая цель: перерезать железную и, как бы это сказать помягче, шоссейную дорогу на Сеул, проходящую у подножия высоты 186. Согласно вводной, в самом начале операции группа спецназа ГРУ высадилась в окрестностях указанной высоты и повредила линию связи, идущую из Чемульпо в Сеул.

Ибо, нефиг. Пусть япошки думают, что именно они победили. Ну, а мы должны будем закрепить их успех и занять саму высоту, установив там артиллерийскую батарею. А потом одной ротой двигаться на Сеул, в котором, по нашим данным, находится до полутора тысяч японских штыков. Но где наша не пропадала!

Справа от нас, примерно в километре, по берегу скачет японская конная батарея. 75-миллиметровый фугасный снаряд или шрапнель на удар – довольно неприятный подарок.

Стрелять же по ним с положения вплавь – чистая показуха – только напрасный расход боеприпасов. Но о них хорошо позаботились на «Саратове». Два десятка «градовских» снарядов, и вот уже на вспаханном взрывами берегу никого нет. Всё, дальше не до них, берег приближается."

"На сушу мы вышли километрах в пяти от нужного места, но ехать быстрее, чем плыть. Так что по обнаженному отливом песчаному пляжу мы домчали до железной дороги с ветерком за пять минут… Правее разгорался бой.