Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила

Империя Габсбургов боялась потерять влияние на Балканах и соперничала с Россией, у которой там тоже были свои интересы. Австро-прусский союз, устроенный Бисмарком, являлся противовесом Российской империи. И лишь потом ваш супруг стал искать союзников в Европе, забыв при этом свои собственные слова о том, что единственными союзниками России являются лишь ее армия и флот.

Я оглянулась на входную дверь.

– Ваше величество, пока император Вильгельм еще не пришел, я скажу вам то, что вы обязательно должны иметь в виду во время этого разговора. Германия – это единственная страна в Европе, с которой у нас могут быть спокойные, деловые союзнические отношения, построенные на голом прагматизме и взаимной выгоде.

Да, большой любви между нашими странами не будет, но мы и не ожидаем какой-то особой иррациональной ненависти и снобизма по отношению к России, какая существует со стороны англичан, французов или австрийцев. В конце концов, немцы это доказали, приезжая в Россию и живя среди русских на протяжении веков. Именно немка София-Фредерика Ангальт-Цербстская смогла стать великой русской императрицей и встать в один ряд с Петром Первым и другим, еще неизвестным вам человеком. Ни одна другая европейская нация не могла больше повторить это, и потому мы считаем, что именно немцы наиболее подходят нам для союза, а не французы или англичане. Эти продадут и предадут при первой же возможности, реализуя свои неизменные интересы – купить подешевле, а продать подороже.

– Я вас поняла, – кивнула Мария Федоровна, – и постараюсь сдержать свои эмоции. Скажите, уважаемая Нина Викторовна, ведь в вашем прошлом между Россией и Германией уже было такое, после чего слово «немец» стало синонимом слов «зло» и «враг».

Неужели вам самой не страшен союз с этой страной?

Я вздохнула.

– Простите меня, ваше величество, нынешняя Германия совсем еще не та страна, которая сумела залить весь мир кровью… Я и мои товарищи бьемся не только за Россию, но и за Германию, чтобы Второй рейх никогда не стал Третьим. При этом мы знаем, что в австрийском Линце сейчас уже живет пятнадцатилетний мальчик по имени Адольф…

Фигуры на доске расставлены и партия началась.

Скажу честно, Континентальный альянс, в который могут и должны вступить Россия и Германия, это единственный путь для того, чтобы случившееся в нашем мире не повторилось здесь. Для вас, возможно, это только слова, а для нас еще и величайшая ответственность перед тем, кто отправил нас сюда, перед будущими поколениями и, наконец, перед самими собой.

– Я вас понимаю, – сказала вдовствующая императрица, – и будем надеяться, что дело не дойдет до самого худшего. Мужчины обожают всякую внешнюю мишуру.