Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила

А наместник вместе с вице-адмиралом Старком соизволили лишь сделать «ам»… Ведь так, Сандро?

– Да, Ники, именно так оно и выходит! – кивнул я. – Ольга, пойми, это дело государственной важности, а ты подслушиваешь под дверью, как взбалмошная гимназистка! Это для нас неприятно.

– Я понимаю, что дело государственной важности, – упрямо мотнула головой Ольга, – но я устала от того, что все и всё от меня скрывают. Я ведь и в самом деле не гимназистка и не глупая фрейлина, у которой на уме лишь балы и кавалеры…

– Иван-царевич, возьми меня с собой, я тебе еще пригожусь… – наизусть процитировал Михаил избранное место из русской сказки.

 – А что, Ники, может, и в самом деле пригодится. Ведь сестрица наша умом в матушку пошла. Глядишь, и увидит то, что мы с Сандро пропустим.

– Это ты по своим актеркам понял? – устало спросил Ники, и Михаил вспыхнул. – Ладно-ладно, не обижайся, – примиряюще махнул рукой император, – это я так, пошутил. Что-то в Ольге и в самом деле есть от нашей пра-, пра-, пра-, пра-, устанешь считать, бабки, Екатерины Алексеевны.

– Ага, ее бы на престол – она бы всем показала, – подхватил Мишкин, но почти тут же осекся под тяжелым взглядом брата.

– Не шути так, Мишкин, не буди лихо, – медленно произнес Ники. – На престоле Ольга может оказаться, только если переживет меня, тебя, дядюшку Владимира с его потомством, Сандро с Ксенией и всех наших детей…

– Прости, Ники, – Мишкин опустил голову, – я сказал не подумав…

– Ерунда, – государь махнул рукой, – просто думай о том, что говоришь… – он посмотрел на Ольгу – Ну, а с тобой-то что делать? – Немного помолчав, Николай продолжил: – Ладно, будешь от моего имени инспектировать госпиталя и прочие медицинские учреждения.

Только прошу тебя, будь осторожнее, там все же война, а еще там и это – неведомое… – Ники жестом показал брату, чтобы он проверил – не прячется ли кто за дверью в коридоре…

Выглянув из комнаты, Мишкин отрицательно замотал головой.

Император продолжил:

– Итак, друзья, вы выезжаете завтра на рассвете, я уже отдал все необходимые распоряжения и велел приготовить вам поезд.

11 февраля (29 января) 1904 года, 00:35. Желтое море. РК «Москва»Капитан Александр Тамбовцев

Если вас в середине ночи вызывает к себе начальство, то это может означать только одно – наступает нечто вроде конца света.

По крайней мере, это верно в отношении такого командира, как контр-адмирал Ларионов. Зря беспокоить не будет, но если ты нужен – поднимет из гроба.

Адмирал сразу взял быка за рога:

– Александр Васильевич, пришла радиограмма с «Североморска», наместник Алексеев просит включить наших людей в состав команды, посылаемой им в Санкт-Петербург.